Автор
В Беременна поневоле мир мелькает между реальностью и сном: юбки, которые кажутся слишком короткими, встречи, где чувствуется что-то не то. Внутренние конфликты главной героини — это взаимодействие между новыми возможностями и давними обидами. Здесь каждый шаг может изменить ход истории, создавая атмосферу предвкушения и тревоги, будто ты сам участник неизведанных переживаний....
Я заглянула в его ледяные глаза, горящие решительностью.
Поправочка — уже купил. Заранее согласившись с любой ценой, которую я бы ни запросила.
— Мне нужно время подумать, — попросила я.
— Хорошо. Но советую не затягивать.
Покровский благодарно кивнул официанту, расставляющему блюда высокой кухни на столе.
— Через день я отвезу тебя в клинику, чтобы тебя взяли под наблюдение хорошие специалисты. Есть ещё несколько нюансов, которые лучше обсудить на берегу. Всё запишем в договоре. Так у тебя будут гарантии.
— Не надо давать мне прозвищ.
— Ты на самом деле похожа на бабочку, пугливую и довольно редкую.
Я рассмеялась, понимая, что в этот момент Арсений голодно смотрел на мои губы.
— Не смотри на меня так. Я не хочу, чтобы ты меня касался. Это, надеюсь, тоже можно будет прописать в договоре. Запрет на прикосновения.
— С небольшой оговоркой. Вдруг ты сама этого захочешь?
— Никогда! — выпалила я, сжимая пальцы на ножке бокала с водой.
— Запишем всё, что пожелаешь. Но с моими правками и оговорками. Если тебе захочется, я буду не против…
— Нет.
— Боишься? Если ты уверена, что между нами ничего не будет, то и оговорка не должна тебя пугать и сбивать с толку, верно?
Покровский ободряюще улыбнулся и переключился на ужин.
Он слишком хорошо играл в слова, поворачивая нужной для него стороной.
Обезоруживал легко и просто. Нужно быть настороже рядом с ним.
Словила себя на мысли, что он казался мне сложным и противоречивым мужчиной.
Гораздо проще было, если бы Покровский оказался просто моральным уродом и отвратительным во всех смыслах мужчиной."
"Но он как назло, чересчур хорош и умён. Арсений выигрывал пару очков, хотя бы на контрасте со своим братом, от которого за километр несло высокомерием и нежеланием считаться с чужими жизнями.
Вечер пролетел слишком быстро. В какой-то момент я даже забыла, что за столом со мной сидел насильник.
Арсений умел переключаться.
Разговор стал почти приятельским, но ни к чему не обязывающим. С Арсением было легко болтать о пустяках, не затрагивая болезненные темы.
К концу вечера я поняла, что улыбалась монстру, словно забыв об обстоятельствах нашей с ним первой встречи.
Хорошо, что вовремя вернулась в реальность, приказав себе быть настороже.
