Автор
В глубокой бездне бессознательного стона и боли находится одна душа, которая надеется на последнюю помощь. "Беременна в расплату" — это крик о спасении, когда каждая секунда важнее всего. Мария сражается со своим страхом и неумолимой болью, борясь за то, что остается ей на свете. В бездне эмоций и переживаний она видит только путь к спасению друга....
Ору во всю глотку.
Это ведь убьет. Убьет, на хрен, нас обоих!
Отшатывается, когда вхожу в ее комнату."
"Чувствую, вижу, под кожей ощущаю, как дрожит всем телом.
— Тебе надо поесть, Мари, — мрачно бросаю, окидывая ее озверелым, до боли в костях изголодавшимся взглядом, выкладывая еду на стол.
Прячется. Прячет от меня то, что принадлежит мне!
В простыню закуталась вся с ног до головы!
Неееет! Там мое! Все мое! Каждая клеточка ее тела! И нутро! Оно тоже мое! Пусть и о другом смеет думать! Каждая ее мысль все равно! Моя! Вся она! Вся она мне принадлежит! Каждой каплей своей крови!
— Перестань закутываться, — резко дергаю простыю вниз.
Обхватывает себя обеими руками, а меня раздирает. Мозги взрывает на части.
— Ты передо мной не закрывалась, Мари. С каких пор вдруг решила начать?
А сам отступаю.
Боюсь. Сам себя сейчас боюсь. Страшно прикоснуться!
Ведь могу не остановиться! Могу….
Твою мать!
Лучше даже и не думать! Не представлять!
— А с ним? С ним, Мари?
Скрещиваю руки на груди. Изо всех сил их сжимаю.
— С ним ты тоже? Вот так? Прикрывалась? Или встречала его, сбрасывая с себя на ходу тряпки? И так и неслась к нему навстречу?
— Зачем ты принес мне еду? Зачем, Бадрид?
Заламывает руки. И мне самому больно. Когда в глазах ее целый омут боли вдруг всколыхнулся.
— Зачем держишь здесь и тянешь эту пытку? Зачем? Ты ведь не веришь. Ни одному моему слову не веришь! Если решил убить, то убивай! Зачем тянуть? К чему? Или хочешь поиграться? Загнать меня, как кот мышку? И смотреть, как она будет корчится от страха и от боли?
— Убью, если решу, — не выдерживаю.
Обхватываю горло рукой.
Но второй в волосы зарываюсь.
Дергаю на себя и внутри все выть и стонать от боли начинает.
Рядом. До мяса. Почти без кожи.
А так далеко! Так далеко. Что рвет на части!
— Ешь, Мари.
Отталкиваю от себя, а сам на пределе.
— Пока я решил. Что тебе нужно есть и жить, будешь жива.
__________________________
36 глава 36
* * *Мари.
— Поднимайся, Мари.
С удивлением замечаю, что за окном уже ярко светит солнце.
Ну, как за окном.
За небольшим узким окошком под самым потолком.
И то. Даже на этих узеньких просветах решетки!
Этот подвал совсем не такой, как тот, в который меня забросила Наина вместе с Динаром.
По сути, здесь все, как в обыкновенной комнате. Даже очень хорошей комнате.
Огромная и довольно мягкая кровать. Глубокие кресла. Небольшой столик и абсолютно полноценная ванная комната.
