Автор
В глубокой бездне бессознательного стона и боли находится одна душа, которая надеется на последнюю помощь. "Беременна в расплату" — это крик о спасении, когда каждая секунда важнее всего. Мария сражается со своим страхом и неумолимой болью, борясь за то, что остается ей на свете. В бездне эмоций и переживаний она видит только путь к спасению друга....
Боец из того самого клуба! Что так жадно пронзал меня глазами…
Глазами, слишком похожими на ЕГО…
Боже!
Сжимаюсь в комок и выскользаю из крепкого, пышущего огнем и отдающегося безумной дрожью в теле, захвата.
Трясусь вся. Подбирая разбросанную одежду.
Еле попадаю дрожащими руками в пуговицы.
Бадрид когда-то говорил. Что мы обе шлюхи? Я и Алекса? Что такое может быть только в крови?
Да! Я шлюха! Самая настоящая шлюха! Ведь неизвестно, где мой любимый и что с ним! А я переспала с случайным человеком! Вот так.
Серый рассвет обнажает все уродство того, что я натворила!
И я бегу. Бегу прочь со всех ног.
От него?
Нет! Я мчусь от себя самой! Мчусь так, что только ветер свистит в ушах!
Но могу ли я? Могу ли убежать от себя и от того, что натворила???
Хочется закрыть уши руками и вырвать собственное сердце!
Кааааак??? Как я могла??? Какое помутнение нашло на мой разум?
И разве помутнение это оправдание?
И хочется хлестать себя по щекам.
* * *— Где ты была?
Останавливаюсь. Почти врезавшись в Динара.
Всклокоченный, с взъерошенными волосами и мятом костюме. Он расхаживает перед входом на террасу, с которой я сбежала.
— Где, Мари???!!!
Обхватывает пальцами мой подбородок. Заставляет поднять на него глаза.
Жадно, с шумом дышит, а ноздри раздуваются… Грудь ходит ходуном.
Это впервые. Впервые я вижу Динара в ярости! От нее он даже побелел хуже листа бумаги!
— Я…
Отхожу назад и почти падаю в песок.
— Я гуляла. Зашла куда-то… В какой-то пустой разваленный дом… И кажется, заснула…
— Ты с ума сошла?
Нет.
Динар не кричит. Не повышает голос.
Но его тихий тон выдает плещущуюся внутри ярость хуже любого крика.
Только мне сейчас все равно.
Нет!
Я даже была бы рада, если бы он начал орать.
Я сама себя не прощу за это. Никогда не прощу! Только вот врезать сама себе не могу за то, что натворила!
— Ты понимаешь??? Понимаешь. Где мы? Мари!
Динар шипит, и держит за подбородок так, что наверное останутся синяки.
— Это пустыня! Пустыня. Мать твою!
Взърошивает волосы, дико вращая глазами.
— Здесь красивую девушку могут просто украсть! Украсть.
