Автор
Утро начинается как всегда: звуки хлопающих штор и шагов сменяются мягким журчаньем воды из унитаза. Я распущу волосы по плечам, медленно наденю свой стильный халат - тот самый, который делает меня неотразимой среди моих коллег. Глаза уже слипаются от недосыпания, и первым делом я думаю о том, чтобы наконец-то уснуть в своей мягкой постели, где нет ни криков пациентов, ни шороха медицинского оборудования....
Цифры, предоставленные финансовым директором и самим Игнашевым значительно разняться. Кажется, в нашей новой компании грядут перемены. Полный твёрдого намерения услышать от Романа как минимум оправдания, выхожу из офиса и направляюсь к нему. Он сейчас находится на своей прежней работе, так мне сказала Инна Максимовна.
На улице сегодня гололед. Я спускаюсь на подземную парковку и сажусь за руль автомобиля. В планах у меня была поездка к Альбине, но её, видимо, придется отложить до лучших времен.
Всё что управляет сейчас мною — это гнев.
Жмурюсь от яркой вспышки фар, потому что какой-то придурок выскочил мне на встречу. После этого ощущаю сильный удар. Болит где-то в области грудной клетки, а затем наступает полный провал.
Альбина.
— Когда мы в последний раз дежурили вместе? — не может нарадоваться Дашка.
— Лет сто назад, — улыбаюсь я.
— О, знаешь, я взяла с собой карты! — она достает из сумочки потрепанную колоду и начинает тасовать.
Я бы на её месте не была так настроена на спокойную ночь в день дежурства, но, чтобы не расстраивать подругу согласно киваю. На часах почти полночь, а меня неуклонно тянет спать. Предыдущей ночью Викуля беспокойно вела себя, то и дело требовала грудь. К утру всё наладилось, но нормально поспать так и не получилось.
— Как Ромка?
— Всё в норме, — отвечаю я. — Работает, работает и ещё раз работает. Иногда мне кажется, что времени на семью у него остается слишком мало.
— Ишь какая! Другие мужики дома валяются, пивко попивая, работать не хотят. А твой впахивает как вол, чтобы у вас с дочерью всё было. Терпимее надо быть, Аля, — попрекает меня Дашка и желание делиться с ней личным отпадает.
— А ты как? — переключаю разговор. — Как поживает мужчина всей твоей жизни?
— Не вспоминай о нем больше, — щеки Дашки становятся пунцовыми и я понимаю, что тут в очередной раз промах.
Слышится стук в ординаторскую и в дверном проеме показывается светлая шевелюра медсестры Нади. Её лицо выглядит взволнованным я и понимаю, что игра в карты окончена.
— Поступил мужчина без сознания.
