История начинается с броска Игната Даниловича Щеглова через окно своего коттеджа. В этот момент времени, 6 января 2513 по ЕГК, он стремится добраться до своей убежища как можно скорее. Камера наблюдения зафиксировала это единоличное движение — распахивание входной створки андроида, отражающее быстроту и решимость главного героя в бегстве....
Харитон Павлович, Семен Харитонович и трое особо преданных им сотрудников СБ рода гарантированно сядут. Причем надолго — остальные пятеро СБ-шников предпочли большим срокам сотрудничество со следствием и раскололись до самой задницы. По непроверенным слухам, ИСБ нашло и беглого начальника СБ. Но за время пребывания на свободе он успел слить Александре Ярославовне море компромата на ее муженька и любимого свекра. Вероятнее всего, в попытке упасть под нее и получить теплое местечко в роду Крикалевых. Женщина, конечно же, психанула и вчера утром подала на развод.
Я представил все описанное и невольно вздохнул:
— Тетка она целеустремленная. А значит, через какое-то время объявится снова и попробует прогнуть меня под новый род.
— Верно. Но она потеряла темп. Так что уже не сможет купить коттедж в нашем поселке и, как Крикалева, не потянет роль влиятельной аристократки-благодетельницы, ибо этот род — даже не из первой сотни.
— Насчет коттеджа уверена? — нахмурившись, спросил я. — Один из трех первых, вон, перекупил Уфимцев.
— Он воспользовался последним имевшимся шансом. Так что уверена.
Я удовлетворенно кивнул и предложил продолжать.
— Чуть позже… — буркнула она и сообщила, что меня набирает Ляпишев.
Так оно, собственно, и оказалось — через мгновение ожил телефон, и мне пришлось принять звонок.
Полковник поздоровался, поинтересовался, удобно ли мне говорить, дождался утвердительного ответа и без раскачки перешел к делу:
— Как ни обидно это признавать, никаких подвижек в расследовании уголовного дела о попытке похищения вашей супруги пока нет.
Когда он сообщил, что писаки приперлись по мою душу не просто так, я мысленно хмыкнул.
"— Высшая мера наказания… — ответил Дмитрий Львович и с легким злорадством в голосе добавил, что приговор окончательный и обжалованию не подлежит, так что будет приведен в исполнение в ближайшее время.
