История начинается с броска Игната Даниловича Щеглова через окно своего коттеджа. В этот момент времени, 6 января 2513 по ЕГК, он стремится добраться до своей убежища как можно скорее. Камера наблюдения зафиксировала это единоличное движение — распахивание входной створки андроида, отражающее быстроту и решимость главного героя в бегстве....
За того самого Колю, который приехал в «Аллегро» вместе с ее отцом и испортил нам вечер. Таньку поставили перед фактом на прошлой неделе, отобрали телефон, категорически запретили покидать покои и приставили двух «надзирателей». А мне отказали от дома и дали понять, что на свадьбу я могу не приезжать — меня к подруге детства не подпустят! Вот и реву. Вернее, ревела. Несколько дней. И параллельно придумывала способы спасти Таню. Потом сунулась к нашим СБ-шникам за консультацией по уже готовому плану, с их помощью почувствовала себя полной дурой и впала в депрессию.
— Она не врет, Игнат… — негромко сообщила Дайна. — И на самом деле пребывает в диком отчаянии.
Тем временем замолчавшая Соня справилась со своими чувствами, еле слышно всхлипнула и перешла к «выводам»:
— В общем, мне просто захотелось сказать, что я за тебя искренне рада, поздравить со свадьбой и другими достижениями, а затем пожелать любви, взаимопонимания и счастья.
Я поставил себя на место этой девчонки, представил, каково ей было услышать мое «приветствие», и виновато вздохнул:
— Спасибо. И извини за то, что я сорвал на тебе раздражение, вызванное другими людьми.
— Да ничего, бывает… — безрадостно буркнула она.
— Татьяне искренне сочувствую…
— Сочувствовать лучше Коленьке! — злобно прошипела девчонка.
— Терпеть такое никто не будет, значит, их очень скоро разведут!
Мое «предсказание» вызвало новый всхлип.
— Игнат, этот брак ВЫГОДЕН. Причем обоим родам. Поэтому никакого развода не будет — Таню просто-напросто начнут ломать. А она сдохнет, но не сдастся. Поэтому-то я и реву…"
"…Откровения Сони окончательно испортили мне настроение, поэтому после того, как она попросила не поминать их лихом и отключилась, я встал с дивана, подошел к окну, уперся лбом в стекло и задумался.
