В заброшенном дворе Беренштрассы скрываются неизвестные тайны. Двое суток под пристальным наблюдением жилплощадь на Бранденбургских воротах оказалась открытием для полиции, и каждый постучавшийся в дверь стал предметом внимания.
Вы понимаете, мистер Уилсон, что вас хотели убить? Не приди мы вовремя на помощь, ваш хладный труп уже везли бы в морг.
– Да, я помню что-то такое. – Уилсон всеми силами пытался сохранить ясность в голове. – Меня хотели убить. А вы не хотите?
– И мы хотим, – признался Градов. – Но не будем. Лишать вас жизни нет смысла, если вы, конечно, не станете запираться и во всем чистосердечно признаетесь.
– Я не понимаю, что вы хотите. Я прохожу службу…
– Мы знаем, где вы проходите службу, можете не стараться. Не надо плести байки про какой-то иммунитет, верность союзническому долгу.
– Да, конечно, я вам благодарен."
"В открытое окно донесся шум. Нагорный заткнул британцу рот. Уилсон изогнулся дугой, стал усердно сопеть. Где-то неподалеку рыскали машины, перекликались люди, сидящие в них. Оперативники застыли. Шум затих через пару минут, автомобили уехали.
– Вяжите его, мужики! – приказал майор. – Рот заткните, чтобы не орал, и в багажник.
– А допрашивать не будем? – осведомился Грамарь.
– Только не здесь. Нас уже ищут. Это теплая компания, которая пыталась прикончить Уилсона. На свалке оставаться опасно, да и воняет она сильно. Лес недалеко, найдем укромное место, там и поговорим. К своим его везти нельзя, сами понимаете.
Уилсон замычал, когда в него вцепились сильные руки, дернулся и тут же получил по затылку. Контрразведчики заткнули ему рот автомобильной ветошью, связали руки веревочным тросом, оттащили к багажнику.
– Тяжелый этот гад, – посетовал Грамарь, отбивая о колено помявшуюся шляпу. – Ну да ничего, спи спокойно, дорогой мистер.
«Грань переходим, – подумал Градов. – Что сказала бы по этому поводу прогрессивная мировая общественность?»
Лес оказался не так уж близко. Шоссейные дороги с гладким покрытием остались в стороне. «Опель» катил по грунтовке. Мелькали симпатичные белые домики. Здесь не стояли воинские части, поселение выглядело заброшенным, половина его лежала в руинах.
Грамарь свернул в длинный проезд между сплошными заборами, выжал до упора газ. Гроздья щебенки вылетали из-под колес. Здесь находились закрытые предприятия сельскохозяйственного назначения. Заборы оборвались, машина выбралась на открытое место. До перелеска было рукой подать.
Тут две крытые легковые машины выскочили из-за ближайшего перелеска и устремились наперерез! Огонь был открыт без всяких преамбул, видимо, стрелки знали, кого встретили.
