В старом здании под окнами воришка наблюдает за необычными жителями дворового этажа — хозяин и его собака, которых она словно читает на коже бедер, сравнивая с шрифтом Брайля. Поверхность их тел покрылась корочками ран, готовыми стать рубцами.
Маленькие машинки просто очаровательны! А лебеди… выглядят несчастными. — Замолчав, она подождала его, пока он завязывал шнурок. — Но во всем этом есть что-то обнадеживающее, у тебя нет такого впечатления?
— Возможно. — Он взял ее за руку, и они пошли обратно в город. — Но не для владельца. По-моему, его посадили в Перу за торговлю наркотиками.
И по какой-то причине ни один из них не смог перестать смеяться над несчастьем владельца парка аттракционов, даже когда начался дождь и им пришлось бежать через парк и мост.
Жаль, что нет свежих цветов, а те, что Энди купил на прошлой неделе, через несколько дней, побурев, пожухли и вскоре были отправлены в мусорное ведро. В Берлине сейчас зима, и нигде поблизости цветы не растут. Она догадывается, что те, которые купил Энди, привезли из Африки — срезали и в холодильной камере отправили авиарейсом в Германию. Цветы, вероятно, пребывали в шоке и уже не знали, какое сейчас время года, положено им быть распустившимися или закрытыми бутонами.
Она снимает постельное белье и застилает кровать чистыми простынями, а грязные бросает в бельевую корзину в углу. В гостиной она убирает с журнального столика кружки и стаканы, кладет пластинки обратно в конверты. Берет из угла за холодильником метлу и подметает пол. Неплохо бы его протереть, но сегодня у нее нет времени.
В кухне она достает из холодильника молоко, яйца и масло, а из банок на полке — муку и сахар.
