В старом здании под окнами воришка наблюдает за необычными жителями дворового этажа — хозяин и его собака, которых она словно читает на коже бедер, сравнивая с шрифтом Брайля. Поверхность их тел покрылась корочками ран, готовыми стать рубцами.
Когда она взваливает рюкзак на спину, у него возникает непреодолимое желание броситься к ней через комнату, толкнуть ее, чтобы она больше не говорила ему такое. Но он остается на месте, он не причинит ей вреда.
— Клэр. — Он старается говорить спокойно и рассудительно. — Ты же понимаешь, что дело не только в сексе. Нас связывает гораздо большее. Ты могла бы тогда уехать, но осталась. Не уходи сейчас…
Он слышит, как слова стремительно наскакивают одно на другое, и его охватывает паника. А что, если она его бросит? Как он будет без нее?
— И разве это не оказалось одной сплошной гребаной ошибкой? — Она оступается под тяжестью рюкзака, подхватывает сумку с фотоаппаратом.
Она стремительно выбегает из гостиной, и ее тень навьюченной лошадью следует за ней по стене коридора. Он слышит, как она пытается открыть дверь. Надо отпереть дверь. Надо отпустить ее.
— Открой эту долбаную дверь, Энди!
Он улавливает в ее голосе ужас.
— Энди! Открой дверь!
Он не двигается. Пока он не двигается, она никуда не уйдет.
— В чем, черт возьми, твоя проблема?
Голос срывается, в ее горле теснятся рыдания. Его сердце гулко случит, и он сглатывает, словно от этого оно успокоится. Хочется утешить ее, но он по-прежнему не двигается. Если бы она не попыталась уйти, то не расстроилась бы так. Он старается улучшить ситуацию, а она только все портит.
— Энди!
Она возвращается в гостиную и останавливается перед ним. Лицо у нее красное, и она сильно напугана.
— Энди, прошу тебя. Я хочу уйти. Хочу уйти немедленно. Я не хочу, чтобы дела шли как сейчас. Мне просто нужно уйти.
Она плачет. Ее щеки влажные, и ему хочется протянуть руку и коснуться их. Нельзя отпускать ее. Он не может позволить ей уйти в таком уязвимом состоянии. Он причина этого состояния, и только он сможет все исправить.
— Клэр, я не могу отпустить тебя. Ты нужна мне здесь. Едва встретив тебя, я сразу понял, как это важно.
— Никаких ты и я! Мы чужие люди. Едва знаем друг друга. Просто спали вместе… и ничего больше. Ты должен выпустить меня!
— Я могу заставить тебя остаться.
У нее вытягивается лицо. Его слова возымели немедленное действие. Их осязаемость поразительна. Слова еще висят в воздухе, а страх, отчаяние, все эмоции исчезли с ее лица.
— Нет, ты не можешь. — Ее голос дрожит, когда до нее доходит смысл его слов.
