Я ненавижу лето — это не только гонимое жаром время года, но и сама его атмосфера. В сердце города тонет в потоке бесконечных шумов: машин, музыки и телефонных звонков студентов, которые как ярмарочное дерево прорастают во все узлы общественной жизни. А вокруг меня разгорается огненная башня — летняя сессия. Я уже настолько отвыкла быть в толпе, что боль эта начинает вырезать мне дыры в сердце. Вот и я вновь выбрала боль вместо пустоты....
В ответ он залепил мне такую пощёчину, что я упала на колени перед ним, он схватил меня за волосы и поволок по коридору. Через минуту наших петляний он открыл дверь, и швырнув меня в руки двум оборотням сказал:
– Приготовьте её.
Эти псы поспешно принялись исполнять мой приговор. Закинув меня на какую-то металлическую конструкцию принялись привязывать мои руки-ноги. Придя в себя я с ужасом поняла, что это гинекологическое кресло. Боже мой, что эти извращенцы собираются со мной делать? Мама, мамочка, роди меня обратно!!
В этот момент он вернулся, но не один, а в сопровождении Эрнеста.
– Ну, здравствуй милая.
– Ну, здрасьте папа, – как можно спокойнее произнесла я. – Зачем я вам?
– Вот именно милочка, что мне ты абсолютно не нужна. Не мне, не моему сыну. Твоё существование всё только портит.
– Вы у своего сына спросили, что он по этому поводу думает или как обычно за всех всё решили?
– Мой сын со временем смириться.
"– Эрнест, он никогда вам этого не простит, и Вы не хуже меня это знаете. Неужели вы способны на подобную подлость?
– Я моя милая ведьма, и не на такие жертвы шёл. Я своей стаей пожертвовал. Твоя жизнь не столь большая жертва.
И тут я вдруг всё поняла. Ни Вольф, ни Альфред, ни тем более Людвиг не были предателями. Предатель был сам вожак стаи, именно поэтому он настаивал на встрече у себя, по этой же причине он не соглашался ни с одним предложением Аннабель, он просто тянул время.
– Ну и зачем всё это? Хотите место короля проклятых?
– Мне плевать на это место! Мне нужен мой сын в качестве вожака. У нас свои законы. Я не могу допустить, чтобы он занял место короля, он нужен мне.
– Но Людвиг этого не хочет! – в отчаянье закричала я.
– Он просто немного обижен.
Я удивлённо посмотрела на старого волка.
– Я вижу, он тебе ничего не рассказывал. Мать Людвига была для меня просто забавой, когда она забеременела я просто бросил её. Избавился, как от ненужной вещи. Ребёнок меня конечно же тоже несколько не интересовал. Он родился колдуном, и я пренебрегал всяческим общением с ним, пока в день своего шестнадцатилетния он не обратился в волка. В первый раз мы обращаемся против своей воли, подчиняясь зову луны, все последующие разы тогда, когда сами этого захотим.
