Я ненавижу лето — это не только гонимое жаром время года, но и сама его атмосфера. В сердце города тонет в потоке бесконечных шумов: машин, музыки и телефонных звонков студентов, которые как ярмарочное дерево прорастают во все узлы общественной жизни. А вокруг меня разгорается огненная башня — летняя сессия. Я уже настолько отвыкла быть в толпе, что боль эта начинает вырезать мне дыры в сердце. Вот и я вновь выбрала боль вместо пустоты....
Хищный оскал чудовища неожиданно пропал, он зашатался. Прямо перед ним возник мираж, подобный миражу в пустыне, из него вышел колдун с окровавленным кинжалом и Марк. Только сейчас я заметила, как багрово-красное пятно растекалось по белоснежному халату этого монстра.
Сказав только одну фразу:
– Марк развяжи её. И уходите отсюда, – колдун обратился в волка.
В своей волчьей ипостаси он был великолепен. Он был не просто белым волком, он был огромным. Его грозный вид любого мог заставить наделать в штаны от страха.
Развязав меня Марк хотел уже совершить свой прыжок. Я остановила его.
– Нет, я без Людвига никуда не пойду!
– Он сказал уходить, – пытался напрасно вразумить меня брат.
– Только попробуй меня отсюда перенести, и я тебя поджарю, – угроза сработала.
Мне хотелось помочь колдуну, но они так быстро двигались, да и вообще сцепились и кружились одним сплошным комком. Швырнув свой огненный заряд, я могла попасть в Людвига, оставалось только одно-ждать и надеяться.
"Через двадцать минут этой смертельной пляски колдун улучил момент и вцепился Эрнесту в шею, кровь хлынула фонтаном. Он упал навзничь, для него всё было кончено. Людвиг подполз к нам и принял свой обычный вид. Он был весь растерзан, клочки кожи торчали повсюду, рваных ран было так много, что казалось он и есть одна сплошная рана. Я бросилась к нему.
– Почему вы всё ещё здесь? – грозно рявкнул Людвиг обращая свой взор на Марка.
– Знаешь брат, сам со своей психованной бабой разбирайся.
– Марк хватит трепаться, переноси нас в ковен, ему нужен целитель, – перебила я.
– Нет, – категорично произнёс колдун, – у нас нет на это времени. Переноси в церковь.
Взяв Марка за руки, мы материализовались посреди церкви. Мой желудок снова попросился наружу. Сдержалась я с трудом.
Нас уже ждали, Виктор и священник. Бросив охреневший взгляд в нашу сторону, они хотели что-то спросить, но я перебила их.
– Давайте без этих соплей про корабли и лебедей, сразу к делу. Я согласна, он согласен. Клятвы и марш Мендельсона на потом перенесём.
Через минуту мы вышли из церкви уже женатыми.
Глава пятьдесят вторая
МАЙЯ
Любовь – пятое время года.
Никогда не знаешь,
что надеть и придется ли раздеваться.
***
Любовь – это жестокая математика!
Секунда невнимательности и 1+1=3!
***
Любовь является формой временного сумасшествия,
излечимой только браком.
