В темном переулке, старые гаражи кажутся необычайно динамичными, будто выжаты из земли жизнь. Тонкий луч фар пробирается сквозь мрак, создавая пестрое мерцание на оживленной улице — это "зеленая шестерка". Слова говорителей вносят новую драму, и каждый слышит собственный дыханье: "Лажа" — отчаянный тон в потемках....
И даже если тебя опять отмажут – кому нужен деловой партнер, за которым по пятам ходит уголовка и персонально Рыжая? В наших-то условиях? Я тебя не буду уничтожать. Во всем, что касается бизнеса, ты у меня станешь сущим ангелом – а они-то в суровых условиях России вымирают побыстрее, чем мамонты."
"– Ну хотите, я на колени встану? Или вместо тех шмоток, что на вас порвали, настоящее карденовское платье добуду? Чем хотите клянусь, был накумаренный, как мешок конопли. Или хотите – за каждый тот пинок по три плюхи?
– Я вообще-то женщина незлопамятная, – сказала Даша.
– Может, и не найдете…
– Намекаешь, что ты у меня незаменим?
– Как знать…
Даша ухмыльнулась:
– А ведь это у нас пошла уже торговля и дипломатия… А? Я правильно догадалась?
Пожидаев медленно кивнул, проворчав:
– Не отца же родного закладывать, в самом-то деле…
– Да уж, – сказала Даша.
– А не обманете?
– Я свое слово держу.
– Будем… Щепоточку бы…
– Потерпишь. Кто тебе сказал, что я – не куруманская лесбиюшка, а капитан Шевчук?
– Житенев.
– Веня?
– А что, есть еще один? Конечно, Венька.
– Так… – сказала Даша весело.
– Да какой из меня сатанист… Развлекался просто.
– Там, в амбаре, ты целую речь толкал, совершенно в их духе…
– Что вы хотите? Пообщаешься несколько месяцев – поневоле нахватаешься, а под наркотиком в голове и вообще прочно засядет роль…
– Сколько месяцев?
– Если конкретно, то четыре с днями.
