В темном переулке, старые гаражи кажутся необычайно динамичными, будто выжаты из земли жизнь. Тонкий луч фар пробирается сквозь мрак, создавая пестрое мерцание на оживленной улице — это "зеленая шестерка". Слова говорителей вносят новую драму, и каждый слышит собственный дыханье: "Лажа" — отчаянный тон в потемках....
Рассказать немного та работа милиция, что не станет служебная тайна. Вы можете?
– Могу, – сказала Даша. – Ничего трудного (она невольно старалась говорить короткими, несложными фразами). – Только сегодня я ужасно занята, трудный день…
– О, понимаю! Вы мне коротко объяснить, как дорога ближайший приличный отель, и я туда исчезать.
– Ну что вы, – сказала Даша. – Отвезем, у нас есть машины…
– Ги Дюруа говорить, что у вас мало бензин и очень плохо с автомобиль…
– Сейчас стало лучше, – сказала она чистую правду, не уточнив, что нынешняя роскошь ее группы – временная.
Надо ж хоть кофеем напоить, решила она, уже смирившись со свалившимся как снег на голову импортным сюрпризом. В конце концов главную работу с плеч спихнули, а новой пока что не видно, можно и посодействовать развитию французской литературы…
– Знакомьтесь, орлы, – сказала она, пропустив француза вперед (что далось не без короткой галантной возни у двери, так как он вознамерился было пропустить даму). – Вот вам знаменитый французский детективщик.
Мсье Флиссак тем временем добыл из сумки две пухлые книжечки карманного формата, в ярких обложках, непринужденно уселся за Славкин стол и с вдохновенным лицом принялся украшать первые страницы автографами.
Вошел Косильщик, протянул Даше лист сероватой бумаги, удивленно покосился на француза:
– Что, еще одного сатаниста приволокли?
– Т-ш! – Даша сделала ему страшное лицо. – Потом объясню, сядь в уголок и притихни…
«Шантарск, уголовный розыск, Шевчук.
– Надо же, в руках у меня был… – сказала Даша.
– Говорил я? – с ноткой укоризны промолвил Косильщик.
