Начинаем с разговора между двумя людьми, где обвинения и драматические моменты создают напряжение. Затем появляется сообщение о победе одного из них — Бешеного, заставившее подозрения у другой стороны. Тон переплетается между горечью, надеждой и отчаянием, создавая атмосферу острых эмоций и неопределенности в дальнейшей судьбе участников этого разговора....
Багирова она. И нахер улепетывайте отсюда все.
Теперь не отвертишься.
— Дааа.
Лучшая картина в мире, когда твоя девушка после оргазма, голая и потная, лежит абсолютно удовлетворенная. Красивая. Неземная.
Глава 27
НИКА
— Миш, ну не надо, ну я прошу тебя.
Я схватила за руку этого идиота доморощенного. Почему идиота? Да потому что он вбил себе в голову, что должен поступить по-мужски. Я уже и думать про спор забыла, простила давно, глупости все это, а Миша в себе носил, и вину, так сказать, сполна решил искупить.
— Ник, я вот тебе рассказал только, чтобы ты не разволновалась увидев, но уже жалею.
— Миш, ну глупости это все, ну кому ты чего доказывать собрался и вообще, я не хочу, чтобы моего парня голым все девчонки универа видели."
"— Ревнуешь, малыш? — усмехнулся мой без пяти минут муж и двинулся на меня, а учитывая тот факт, что все это время мы находились в небольшой коморке, отступать особо было некуда и уже спустя две секунды я упиралась спиной в холодную стену. — Бля, Ник, ну вот кто так делает, а?
— А? Что? — не поняла я, потому что мысли уплывали далеко отсюда и все, что мне было нужно это прикосновение теплых рук и жар моего мужчины.
— Нельзя же быть такой охеренной, Ник, чего мне теперь с этим маятником в штанах делать? — он кивнул на выпирающий бугор.
Спортивные штаны плохо скрывали возбуждение Багирова. Кажется, мы оба сошли с ума, иначе почему вместо того, чтобы прекратить все это, я молча опустилась на колени, и облизнулась, словно предвкушая самый сладкий десерт.
— Бля, Ник… ты…
— Тшшш, — не дав ему договорить, я потянула вниз резинку штанов, белья на Мише не было, я только головой покачала и прежде, чем он вообще успел снова открыть рот и выдать очередную пошлость, сжала в ладони готовый к подвигам орган и обхватила головку губами, не позволяя себе передумать.
Я не делала этого раньше, Миша не просил, не намекал даже, он вообще каждое слово теперь подбирал.
— Малыш, — он сделал движение вперед, намекая на то, что мне пора бы продолжить, толкнулся глубже, зарывшись пальцами в мои волосы. — Еще, Ник…
Он хрипел что-то непонятное, тихо поставная и глядя на меня сверху вниз такими безумными глазами, что всякая неуверенность испарилась в ту же секунду.
