Подъем, слоняка! Рев баса отрывисто прервал спокойствие ночи. Удар кирзача по пятке был ощутим – сапоги оказались недостаточно защитой. Алик выскочил из комнаты, несущий в руках хрупкого пожилого человека, которого он считал "дедом". Взвизгнувший от страха подопечный немедленно понял, что произошло непростое явление....
Ты же сам знаешь, что дерьмо нужно зачищать.
Родион посмотрел на Леньчика. Тот холодно кивнул и вытащил ствол, деловито навинтил на него глушитель.
– Нет… Нет, вы не можете так просто! – задергался Кондрашов.
– Можем. Мы все можем.
– Не можете… Без меня вы не сможете снять деньги со счетов! Никто не может.
– Ты думаешь, мы про это не знаем? Знаем! Только не нужны нам твои жалкие двадцать тысяч.
Родион еще раз подал знак. Ствол с глушителем уперся Кондрашову в лоб. Бедняга сполз с кресла, бухнулся на колени.
– Двадцать тысяч? – взвыл он. – Вы что, думаете, на счетах двадцать тысяч?!
– А что, уже ничего не осталось? – продолжал «разводить» Родион.
– Как не осталось?! Все осталось! Двести тридцать миллионов!
– Двести тридцать миллионов рублей. Это сколько ж будет, если на баксы перевести?
– Какие рубли?! Все в долларах!!!
Леньчик опустил руку с пистолетом. Родион перевел взгляд на Колдуна. Одобрительно кивнул. Двести тридцать «зеленых» «лимонов».
– И где лаве? – спросил Родион.
– Часть в обороте. Часть в российских банках. Часть в зарубежных. Часть уплыла.
– Куда уплыла?
– Я потерял пятнадцать миллионов. Сами знаете, как сейчас лопаются банки. Был банк, бах, и нету…
Это верно. Лох-банки сейчас на каждом шагу. Дурят народ почем зря.
– Значит, и ты лоханулся?
– Лоханулся, – горько усмехнулся Кондрашов.
Для него это мелочь. Что такое пятнадцать миллионов по сравнению с тем, что он потерял сейчас?
– Ладно, бабки эти постараемся отбить.
Кондрашов закивал. Лучше быть лохом, чем трупом. Хотя убивать его никто не собирался. Зачем резать курицу, несущую золотые яйца?
* * *Родион проснулся рано. Можно было и дальше топить массу. Но что-то не спалось. Он встал, потянулся, для приличия подергал ногами-руками – это называлось зарядкой.
"На кухне возился Леньчик. Было слышно, как что-то шкварчит на сковородке, запах жареного лука приятно щекотал нос. А ему чего не спится?
Он зашел на кухню. И был приятно удивлен. Леньчика не было и в помине. А у плиты стояла Лада. Домашний халатик, фартук. Все строго, чинно. Сама такая милая, домашняя. Аж душу защемило.
Она увидела Родиона. Повернулась к нему. В глазах легкая растерянность.
