Подъем, слоняка! Рев баса отрывисто прервал спокойствие ночи. Удар кирзача по пятке был ощутим – сапоги оказались недостаточно защитой. Алик выскочил из комнаты, несущий в руках хрупкого пожилого человека, которого он считал "дедом". Взвизгнувший от страха подопечный немедленно понял, что произошло непростое явление....
Родиону даже показалось, что он видит пену на его губах – не иначе как признак бешенства.
– Аллах акбар! – истерически заорал он.
И дал длинную автоматную очередь в сторону Родиона. Пули прошли над головой.
Чьи-то сильные руки втащили автоматчика в машину. Хлопнула дверца, взвыл мотор.
– Ах вы, с-суки! – взвыл Паша.
Он уже достал автомат и наводил его на коварную машину.
– Не надо, – остановил его Родион.
У какого-то джигита не выдержали нервы. И это не повод, чтобы устраивать кровавое побоище в центре города.
– А зря, – не согласился Леньчик. – В капусту их надо…
Не та сейчас ситуация, чтобы кто-то смел оспаривать его решения. Родион метнул гневный взгляд в сторону своего телохранителя. И опешил.
Леньчик держался за плечо, из-под пальцев сочилась кровь, растекалась по рубахе.
– Вот это номер!
– Да ерунда. Вскользь пуля прошла…
– Вот козлы! – возмущенно протянул Паша. – Ничего, они еще заплатят. Леньчик, ствол давай! И ты, Сергеич. Быстрей, быстрей…
Родион быстро понял, к чему такая спешка. В любой момент могли появиться менты.
Раненого Леньчика отвезли для начала в «штаб-квартиру». Чтобы там обработать и перевязать рану.
– Ничего страшного, – поставила диагноз девушка.
– Жить буду? – спросил телохранитель.
– Будете.
– А детей иметь смогу?
Танюшка улыбнулась и молча принялась обрабатывать рану.
– Ну, так что, детей иметь смогу? – продолжал острить Леньчик.
– Сможете. Если пуля по крови не спустится в паховую область и не пережмет семенной канал.
– Чего? – Леньчику вдруг стало не до шуток.
– Яйца может тебе закупорить, вот чего! – развеселился Паша.
– Пуля по крови спустится? – Леньчик ошалело смотрел на улыбающуюся Танюшу.
– Да не волнуйтесь вы, – успокоила она. – Пуля навылет прошла. Нет пули. И рана пустяковая…
– Танюш, ты не поняла, он с тобой детей делать хочет, – продолжал веселиться Паша.
Девушка смутилась. Щеки ее запылали. Застеснялась, что ли? Родион невольно проникся к ней симпатией.
