Подъем, слоняка! Рев баса отрывисто прервал спокойствие ночи. Удар кирзача по пятке был ощутим – сапоги оказались недостаточно защитой. Алик выскочил из комнаты, несущий в руках хрупкого пожилого человека, которого он считал "дедом". Взвизгнувший от страха подопечный немедленно понял, что произошло непростое явление....
Таджики у нее семью вырезали, ее по кругу пустили. Представь себе стадо – не меньше десятка мужиков… Короче, она на все готова. Хоть сейчас под кого угодно ляжет. Но не потому, что хочет. А потому, что так надо.
– Не спорю. И что дальше?
– А то, что трахать ее сейчас – себя не уважать. Ее согреть надо. Внимание ей нужно, ласка. Ну не в том смысле ласка. Короче, я думаю, что она нам не помешает. Пусть живет у нас. Столько выстрадала баба…
– А мы что, бюро добрых услуг?
– Сергеич. Ну, Серге-еич…
– Ладно, я не против.
Леньчик исчез. Зато появился Паша.
– Пока все спокойно.
– Кирьян не появлялся?
– Нет. По-прежнему тишина.
– Ладно, мы с Леньчиком домой поехали.
– А не опасно?
– Даже воду пить опасно. Можно захлебнуться… В общем, я домой. А ты мне сообщи, как только Кирьян появится.
– Как сообщить?
Номер своего телефона Родион не давал никому. Даже Паше. По номеру можно вычислить адрес дома, квартиры. А сейчас особенно нужно быть осторожным. «Чехи» шутить не любят.
– Сам с тобой свяжусь.
– В момент.
– Тогда на пейджер и дашь мне знать…
Перед тем как уехать, Родион дал несколько ценных указаний насчет осторожности. Впрочем, это было лишнее. Паша и сам хорошо знал, как зашифровать своих пацанов так, чтобы до них не добрались чечены.
Глава 11
Танюшка вкалывала до позднего вечера. Подметала, скоблила, мыла. Навела в квартире идеальную чистоту. От кухни Леньчик ее освободил. По этой части он и сам мастак. Телячьи отбивные в его исполнении выше всяких похвал.
Столом занялась Танюшка. Но прежде она сходила в душ, привела себя в порядок. Стол сервировала в белой нарядной блузке с глубоким декольте и в короткой юбочке. И при этом так соблазнительно крутила попкой. Наверняка старалась произвести впечатление. Хотя было видно, что в душе она совсем не развратная, какой пыталась казаться.
Сели за стол. Родион и сообразить не успел, как Танюшка оказалась между ним и Леньчиком. Легко прижалась сначала к одному, потом ко второму. На лице шаловливая улыбка. В глазах похотливые огоньки. А в глубинах души смертная тоска.
– Ну, Танюшка, ты у нас третья. Полный комплект, чтобы сообразить на троих.
Леньчик потянулся к бутылке. Но Родион его опередил. Неудобно ему с его плечом открывать шампанское.
– Жаль, мы люди непьющие, – сказал он.
