Автор
Рядовой Перси просыпается на лесной опушке среди птичьего чарующего тропы. Первым делом замечает земляную природу, обычно скрывающуюся под защитой репрессивных пулеметов. Вместе с восстановлением привычного мира он испытывает небольшую тревогу за то, что неспроста благоухает трава в этих краях....
– Видимо, ты не задерживалась в водном мире, который однажды пролетали мы с Лобсангом. Там в океане плавала такая тварь…
– Я оказалась в том мире, перейдя туда с холма. Я пролетела шесть футов, упала в воду, доплыла до места, откуда, как знала, могла вернуться, и перешла обратно за секунду до того, как меня схватили чьи-то челюсти. Впрочем, я не разглядела, кому они принадлежали. Мои предки приложили массу усилий, чтобы выбраться из чертова океана, так что, пожалуй, нехорошо обращать их труд в прах.
Джошуа усмехнулся, возясь с обедом.
– Послушай, Джошуа… я очень хочу вернуться на Мягкую Посадку. Что скажешь? Внезапно я не прочь пообщаться с людьми. Но ведь придется взять с собой «Марка Твена», да? С тем, что осталось от Лобсанга. Не говоря уже о кошке. Мы найдем способ перемещать корабль, даже если придется тащить его вручную. Но как же переходить без Лобсанга?
– Есть идея, – сказал Джошуа. – Все получится. Еще кофе?
До конца дня они бездельничали, как в воскресенье, – во всяком случае, в идеальное воскресенье.
"На следующий день Салли отвела его туда, где ощутила мягкое место, совсем рядом с побережьем. Короткий путь должен был привести их обратно на Мягкую Посадку. Они спустились на землю. «Марк Твен» висел над пляжем, доставленный плавучим модулем. Джошуа и Салли держали в руках длинные веревки, которые соединялись с кораблем.
Кромка воды слегка мерцала, заметно даже для Джошуа – там и было мягкое место, которое нашла Салли.
– Я чувствую себя как ребенок с воздушным шариком, – сказала Салли, держа веревку.
– Я уверен, что это сработает, – сказал Джошуа.
– Что именно?
– Когда переходишь, можно взять с собой все, что унесешь. Правильно? Каким-то образом, когда Лобсанг находился на борту, он и был кораблем, поэтому он переходил вместе с ним. Сейчас мы стоим здесь и держим «Марка Твена» – хотя у него огромная масса, теоретически он ничего не весит.
У Салли глаза полезли на лоб.
– Это и есть твоя идея?
– Лучшее, что я смог придумать.
– Если мироздание не поймет твоей шутки, мы, возможно, останемся без рук.
– Есть лишь один способ выяснить. Готова?
Салли медлила.
– Ты не против, если мы возьмемся за руки? Плохо, если во время перехода мы разделимся.
– Да, ты права. Ладно, Салли, давай.
