Автор
Переносится время в бездну ночного лагеря: Синеглазая девушка-вожатая распахивает дверь и проветривает комнату. В воздухе пьянящие мгновения вечности перед рассветом, когда каждый зажигает свечи и начинают рассказывать истории о бесконечном лете.
Миновав площадь с предположительным Геннадием, я углубился в жилой район лагеря. Большинство домиков напоминали распиленные вдоль продольной оси металлические бочки, но встречались и описанные девушкой у ворот треугольники. Одна беда — никакой сирени я пока не видел. Домики стояли на достаточном удалении друг от друга, а между ними росли кусты и сосны. А может, пихты. В общем, аромат стоял непередаваемый, да и вообще довольно уютно выглядело.
Навстречу попадалась все больше малышня. Я напряг память. Если это настоящий пионерлагерь, то завтрак только что закончился, а значит, все старшие уже слиняли на реку купаться.
После получаса брожения, искомый домик был все же найден — скорее случайно, чем как-то еще. Он утопал у кустах сирени, а рядом был закреплен огромный гамак.
Я подошел ближе. Из домика доносились голоса.
— Никаких результатов! И ведь мы создали все условия! — возмущался звонкий женский голос.
— Работа ведется, Ольга Дмитриевна, — глухо отвечал ей неизвестный мужчина. — Будем надеяться…
— Будем! Чтобы не получилось как в прошлый раз!
Я шумно поднялся по ступенькам и постучал. Несколько секунд внутри было тихо, потом дверь распахнулась, и из домика вышел низенький лысоватый мужчина лет сорока с маленькими глазками-пуговками.
— Новенький, — констатировала она без улыбки. — Наконец-то. Мы уже заждались. Я вожатая пионерлагеря «Совенок», меня зовут Ольга Дмитриевна. Добро пожаловать!
***
— Форму получишь в каптерке, у Анатолия Ивановича, ты его видел только что. Это рядом со столовой, справа, не ошибешься.
Расписался в журнале напротив своей фамилии. Ух ты, без ошибок написана, мало кому так удается. А тут прямо с первого раза. Интересно.
