Автор
На остров прибывает новый герой — уравновешенный и решительный, в отличие от своего предшественника. Его ждут романтика летних дней, загадочные девушки и странные тайны места. Но за красивой поверхностью скрываются опасные секреты, неразгаданные загадки и темные силы, готовые изменить всё.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Бесконечное лето: Эксперимент (СИ)»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
На остров прибывает новый герой — уравновешенный и решительный, в отличие от своего предшественника. Его ждут романтика летних дней, загадочные девушки и странные тайны места. Но за красивой поверхностью скрываются опасные секреты, неразгаданные загадки и темные силы, готовые изменить всё.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Александр Руджа Легкое чтение Фантастика Зарубежная фантастика подборки серии
На остров прибывает новый герой — уравновешенный и решительный, в отличие от своего предшественника. Его ждут романтика летних дней, загадочные девушки и странные тайны места. Но за красивой поверхностью скрываются опасные секреты, неразгаданные загадки и темные силы, готовые изменить всё.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Ничего, — бессменный руководитель проекта «Бесконечное лето», создатель системы «Звезда», Виола Зигфридовна Толкунова, урожденная Гюнтнер, снова улыбалась. — Как там он говорил: «люди будут не идеальны, но они будут умны, справедливы и свободны. А со временем и счастливы». Тут он, можно сказать, предвидел будущее. Под моим чутким руководством — конечно, будут.
Саша был прав, все девушки реализовывали определенные человеческие качества и архетипы. В Славе, например, преобладали доброта и отзывчивость. В Алисе — чувственность и импульсивность. Лена воплощала ум и сообразительность, а Мику — творчество и развитие. Но все эти прекрасные качества не стоят почти ничего без главного, того, что есть у меня, и нет ни у ключа, ни у якорей. Потому что главное — это контроль. Контроль, который я сохраню над их маленькой группой, а значит, и над текущей реальностью. И мир станет таким, каким его захочу увидеть я. Каким его создам я. Но, конечно, не сразу.
Виола поднялась, потянулась и глубоко вздохнула.
— Со временем.
***
20.11.2014 — 22.12.2014
Экспериментальная энциклопедия или Постмортем гениального текста
Повсеместная популярность произведения «Бесконечное лето: Эксперимент», которое продолжает широко шагать по стране, не может, конечно, не радовать — именно поэтому я всегда радуюсь, друзья!
Вместе с тем, за полтора года славы выяснились некоторые вещи — и вещи эти ужасающие! В частности, стало ясно, что далеко не все как следует понимают все талантливые отсылки и высокохудожественные аллюзии, искусно спрятанные в тексте — и это здорово меня озадачило и даже в чем-то встревожило.
Но тревожило оно меня не слишком долго, потому что я напряг в невероятном усилии могучие мышцы своего головного мозга и придумал простой в своей изысканности выход: энциклопедия. Она же глоссарий. Ну, или еще как-нибудь назовите, мне по фигу.
Короче: здесь содержатся все отсылки и референсы (это одно и то же) на работы тех гигантов, на плечах которых я стоял в процессе написания. Постмодернистский текст, как многие знают — это как раз оно, скомпилированное из уже существующих обрывков и отрезков оригинальное произведение. Смерть автора, слыхали такое?
Зачем это сделано? Ну блин, очевидно же! Для более полного понимания глубины моего мастерского умения складывать слова в буквы — или наоборот. В общем, для демонстрирования общей эрудиции. А во-вторых, конечно, для того, чтобы незнакомые с сокровищницей мировой литературы немедленно прекратили это безобразие и ознакомились.
Приятного чтения.
Глава 1.
Это значит, шиза косит ряды. «Маня, вы не на работе. Холоднокровней, Маня».
Исаак Бабель, из книги «Одесские рассказы»:
«Лавочники онемели. Налетчики усмехнулись.
