Утро! Я люблю летнее утро, когда солнце только начинает свой дневной путь из-за горизонта. Зеленая природа под лучами спасибо за то светлое и свежее видение мира, которое она дарит в эти первые моменты дня. А вокруг — живописные мелодии весны: птицы, кричащие из своих норок, ведут свое весенне-роялистское звучание....
Я оглядел ее, рыжие волосы торчат во все стороны, платье разорвано по шву от пола и до пояса и это, не говоря уж о том, что оно все было заляпано пятнами от соусов.
— Полина! — Я с грустью посмотрел на нее. — Ну что ж ты так, Марья же старалась платье шила."
"— Да хрен с ним с платьем. — Из толпы к нам вылетела Марья Искусница. — Это просто шмотки, еще сошью. И в качестве доказательства она рванула себя где-то в районе декольте, ткань треснула и слава богу, что под платьем у нее оказался лифчик, она, как и Полина смачно поцеловала меня в губы и не слушая моих возражений потащила за собой танцевать.
Музыка была громкой и динамичной, пляска ее дикой, и я быстро втянулся в ритм, стараясь не отставать от нее. В какой-то момент Марья встала на месте, пьяно улыбнулась мне и попыталась упасть на пол, но я, подхватив ее отнес к столу, где она тут же ожила и вручила мне стакан коньяку, стакан… Я крепкий алкоголь и из стопок то не пью, а тут стакан.
— Ехей! — Мимо нас промчался лысый бледный мужик, напоминавший упыря, верхом на здоровенной собаке!
— Ехей! — Марья вскочила на стол и сорвав с себя остатки платья в одном лифчике и трусиках принялась отплясывать что-то заводное. Я выпил стакан залпом.
— Тут весело. — Рядом со мной примостилась Римма, та самая девчонка, что ремонтировала мне машину.
— Мадам! Этот дж джентель жжен.
— Дурак. — Усмехнулась девушка. — Это Бармалей, он страшный, но не злобный, а ты отдыхай, расслабляйся.
