В герцогском особняке Южных Земель скрыта жгучая страсть и непредсказуемые перемещения. Герцог, казалось бы, держится уверенно в своем величии, но его взгляд сквозь тонкие ресницы и сильная линия лица открыто говорят о том, что он готов рискнуть всем на свете ради своей жены-бесполезной....
Как она могла, Генри еще даже не взрослый! И как он только протянул вообще до своих лет, при такой-то диете?! Неудивительно, что худющий настолько, что порыв ветра может унести!
Или все это план герцога? У него заморить голодом — типичный способ избавиться от неугодных? Не знаю, коварства человеку, который готов своего младшего брата извести, не занимать. Действительно ли Глен такой? Только в чем смысл, если ты и так герцог. Нет, это не кажется логичным.
Интересно, муж-то вообще в курсе состояния своего родного младшего брата? У него же кроме Генри и нет никого.
Все может быть происками той самой экономки, — прихожу я к конкретному выводу. Откуда только у женщины такая власть в доме, где она хозяйкой не является?! Змеища такая, и как от нее избавиться? Кому из нас будет больше веры — мне или годами преданной семье герцога Фриде? Да и доказетельств нет никаких, беспочвенно обвинить дамочку себе может выйти дороже.
Генри уже в беседке посреди лабиринта, когда я выхожу из коридора живой изгороди. Та же самая одежда, он словно никуда и не уходил. Ой, а вдруг действительно ночевал под открытым небом? Конечно, ночи на юге теплые, но все же, мало ли, как-то неосторожно себя ведет наследник герцогских земель и второй племянник императора.
— Эй! Долго же ты плетешься!
У него явно нет друзей.
— Эй! Восторженно же ты выглядишь! — улыбаюсь и ставлю на тахту корзинку.
— Ну…не то, чтобы ждал… — куксится парень.
— Спасибо, что пришел.
— Я…да делать все равно было нечего, вот я и пришел!
Ну конечно же! Тем не менее, я пропускаю мимо ушей безобидную ложь юноши и принимаюсь вытаскивать из корзины наружу упакованную слугами еду.
— Как раз время почти обед. Скажи, на природе есть отличается от того, чтобы чинно сидеть за столом в столовой и орудовать приборами. Смотри, — беру в руки сэндвич и демонстративно кусаю.
— В столице такое себе никто бы не позволил. Вкуснятина! Кстати, тут и сладости есть. Вот эти пирожки с абрикосовым повидлом просто нечто, я таких никогда не ела. Даже во дворце и в отцовском замке, и поверь, это большие игроки в сфере кулинарии. Но герцогство Грейстон вырвалось вперед с явным отрывом! Может, потому что мы на юге, в климате ли все дело…
Генри игнорирует мою болтовню, его темные глаза впиваются в меня словно шипы.
