Мелисса тихо всхлипывает, вглядываясь в темноту своей комнаты. Мама нежно обнимает её за плечи, и запах свежей выпечки и лавандового мыла успокаивает. Вместе они пытаются справиться с тревогой перед важным событием, которое всё ещё не приходит к ним.
Эрик просто вычеркнул нас из своей жизни, ни разу не пригласил. И вот теперь он мертв. Самоубийство? Не верится. Эрик всегда был слабаком, вряд ли у него хватило бы духу на такое. Может, кто — то ""помог"" ему? Или… черт его знает.
Джина сидит рядом на пассажирском сиденье. Бросаю на нее косой взгляд и цежу сквозь зубы:
— Лучше бы ты держала рот на замке при соседке, а не сейчас.
— А что такого я сказала? — Джина вскидывает бровь.
Ее милое личико сейчас напоминает обиженного эльфа.
— Ничего хорошего, малышка Джи, — вздыхаю, давя на газ.
— Все равно рано или поздно все узнают, что ты станешь владельцем бабушкиного бизнеса, — бубнит Джина.
— Меньше болтай, лучше смотри, что там впереди, — обрываю ее."
"Джина замолкает, надувшись. Снова вздыхаю. Сестра ни хрена не понимает. Может, этот бизнес мне и не светит, если Хэдвиг вцепится мертвой хваткой.
Через пару часов мы подъезжаем к воротам особняка. Ветер гоняет ветки деревьев, отбрасывая жуткие тени. Дом, который когда — то казался мне офигенным, теперь выглядит зловеще.
— Демиан, нахрена мы сюда приперлись? Тут одни проблемы можно найти, — тихо говорит Джина, когда я торможу у старой калитки.
— Алекс нас ждет, — бросаю, открывая дверь. — Хочу обсудить с ним, можно ли ускорить вступление в наследство, не дожидаясь дня рождения.
— Алекс уже здесь? И как он поможет? — Джина вылезает следом.
В ее голосе сквозит недоверие.
— Он готов помочь разобраться с документами и формальностями. Если бабуля была к нам добра, может, получится все ускорить, — поясняю, доставая ключи.
Калитка противно скрипит, когда мы заходим на территорию.
— А если Алекс не сможет помочь? — не унимается Джина, оглядывая мрачную аллею.
— Тогда придется ждать и действовать по правилам. Но я хочу попробовать найти лазейку.
Мы подходим к дому, осторожно вставляю ключ. Дверь со скрипом открывается, Джина вздрагивает.
— Похоже, он тут вообще не жил? — едва слышно произносит она.
— Похоже на то.
— А я думала, он тут кутил во всю. А такое чувство, будто с тех пор, как он нас выгнал, сюда никто не заходил, — шепчет Джина.
В ее словах есть смысл. Эта жуть вокруг заставляет задуматься — какого хрена Эрик нас выпер, если сам тут не собирался жить? Освещая путь телефоном, веду нас по знакомым коридорам. У библиотеки останавливаюсь.
— Чтоб рот не открывала лишний раз, ясно? — серьезно говорю Джине.
— Ясно, — решительно отвечает она.
Толкаю скрипучую дверь старой библиотеки, запах пыльных книг ударяет в нос.
