Мелисса тихо всхлипывает, вглядываясь в темноту своей комнаты. Мама нежно обнимает её за плечи, и запах свежей выпечки и лавандового мыла успокаивает. Вместе они пытаются справиться с тревогой перед важным событием, которое всё ещё не приходит к ним.
Пытаюсь сосредоточиться на музыке, на ритме, но мысли разбегаются. И тут чувствую это — обжигающий взгляд, прожигающий насквозь даже сквозь толпу. Словно электрический разряд пробегает по телу. Чёрт возьми, я знаю, кто это. Не хочу смотреть, правда не хочу. Убеждаю себя игнорировать это ощущение, продолжать танцевать. Но какая — то сила против моей воли заставляет меня повернуть голову.
И вот он — Демиан. Стоит у стены, как чёртов хищник, выслеживающий добычу. Его тёмная фигура выделяется даже в полумраке.
Во рту пересыхает, нервно облизываю губы. Часть меня хочет отвернуться, сделать вид, что ничего не происходит. Вернуться к танцу, к безопасному веселью с Джиной.
Пытаюсь сосредоточиться на танце, на Джине, на чём угодно. Но его взгляд словно магнит, и я не могу от него оторваться. Чувствую, как краска приливает к щекам, как учащается дыхание. Боже, как же жарко здесь стало… Или это только мне так кажется?
Демиан делает шаг в мою сторону. Каждая клеточка тела кричит, требуя быть ближе к нему.
Собираю остатки самообладания и, наконец оторвав от него взгляд, проталкиваюсь сквозь толпу к выходу. Кажется, Джина что — то кричит мне вслед, но я не слышу. В ушах стучит кровь.
Вырываюсь на улицу и глубоко вдыхаю прохладный воздух. Ноги сами несут меня вперед. Кампус кажется каким — то чужим и пустым. Добегаю до общежития. Вваливаюсь внутрь и с облегчением захлопываю дверь комнаты за собой.
Прислоняюсь спиной к двери, пытаясь восстановить дыхание. Комната кружится перед глазами. По щеке скатывается предательская слеза, оставляя влажную дорожку. Часть меня отчаянно хочет вернуться, узнать, что было бы, если бы я осталась. Но другая часть, более рациональная, твердит, что я поступила правильно. Эти чувства слишком опасны, слишком сильны. Они могут поглотить меня целиком, если я дам им волю.
Ноги подкашиваются, медленно сползаю на пол.
