В непривычном для меня ландшафте, за окном расцвел местный орлишка — яблоки-подобные плоды с легким терпковатым ароматом, наполняющим пространство винтажной сладостью и ностальгией. Сидя у открытого окна в мягком бархате кресла, я снова ощутила земную весну с её цветущими садами и свежим воздухом, наполненным ароматами яблоневых гроздей....
Голос звучал гулко, будто я орала в пустую бочку:
– «О, драконы в золотых клетках,
Люди в шелках, как пауки!
Целуют руки, льстят как дети,
А за спиной – кинжалы-языки!»
Руки сами собой взлетели в театральном жесте, а ноги заковыляли в пародийном вальсе. Пустой зал отражал эхо, превращая слова в насмешливый хор:
– «Свадьбы, шары, фамильные драгоценности —
Груда стекла под ногами босыми!
Кто здесь герой? Кто здесь предатель?
Все те же куклы с пустыми глазами!»
Я кружилась, цепляясь за невидимый шлейф, и вдруг заметила тени в ложах – силуэты родителей, сестер, дракониц.
– «Спой нам про любовь!» – завыло эхо.
– «Спой про долг!»
– «Спой, как должна!»
Я взвыла последний куплет, бессовестно ломая мелодию:
– «Да замолчите вы!
Прочь, прочь отсюда!
Сожгите ваш проклятый зал —
Мне надоели эти шумы!»
Сцена задрожала, люстры погасли. Просыпаясь, я услышала, как рядом храпит Ричард.
– Психдом на выезде, – пробормотала я еле слышно.
А утром, не успела я проснуться и позавтракать, активизировалась родня. Матушка отловила меня в холле, едва я встала из-за стола. Ее платье – когда-то голубое, теперь выцветшее до серости – болталось на фигуре, подпоясанное веревкой вместо пояса. На плечах красовался желтый платок с вылезшим узором, пахнущий нафталином из бабушкиного сундука.
– Марлена, у нас сегодня гости, будущая родня твоих сестер. Ты должна присутствовать на чаепитии, – категоричным тоном заявила она. – Ни у меня, ни у девочек нет ничего подходящего для наших нарядов. Нужны броши, веера, платки на плечи – да что угодно, чтобы показать, что мы имеем что-то за душой.
Еще толком не проснувшись, не понимая, о чем, собственно, речь, я удивленно посмотрела на нее.
– Какое чаепитие? При чем тут веера?
– Традиция, Марлена! – всплеснула руками матушка.
Ах, традиция. Ах, провинции, в которой жили. А где ж были мои дражайшие родители с их традицией, когда я выходила замуж за Ричарда? Тогда они и не думали о соблюдении всяких там традиций и устраивании чаепитий. Просто вытолкнули меня замуж и постарались забыть обо мне.
