Дрожь ледяной морозкой пронзила тело. Женский голос срывался на крик — он звал очнуть и разглядеть мир через расшифрованные оковы слепоты. Открытые глаза видят лишь черные тени и холодную пустоту, где только мерцает огонь жизни в глубине серых стекол.
Позднее солдаты перенесли сундук в покои матушки, а мы разошлись спать. Правда, все в разном расположении духа. Но что поделать — такова жизнь.
На утро меня ждал неприятный сюрприз, в виде ареста нескольких работников. Солдаты, что прибыли вместе с Тюггви, связали по рукам повара, двух моих работников и еще троих. На мои возмущенные вопросы, отвечали коротко:
— Приказ Тюггви.
Ну и понятное дело, что чуть подкрутив свой гнев я направилась прямиком к нему. Возле него, кстати уже стояли все эти люди.
— Почему у меня забрали работников? — Бесцеремонно прервала кого-то и встала в позе чайника напротив предводителя.
Ну правда, у нас ушла масса сил и времени, чтобы научиться изготавливать нужные запчасти. Подгонять их. Да и в целом мы прекрасно сработались. Уже без слов друг друга понимали, не создавали суеты, но и простоев не наблюдалось. И нате вам! Сразу двоих забрали!
— Это предатели. Именно они донесли ронюскам о лесопилке и на вас напали. — Ответ Тюггви прозвучал как гром среди ясного неба.
Мы же ели из одного котелка.
Я вновь перевела взгляд на “своих”. А они отводят глаза. Да и плечи опущены, и сделали по крошечному шагу от меня."
"Пакостная змея внутри злорадно усмехнулась. А я не сказав ни слова, развернулась и пошла в сторону леса.
Сидела на поваленном бревне и смотрела на воду. Никого видеть не хочу. И разговаривать не хочу. Мне нужно пережить предательство и сделать выводы. Хотя… какие уж тут выводы…
Рядом со мной, на бревно кто-то присел.
Спустя еще какое-то время поделилась, что у меня на сердце. Я к ним — как к родным. А они…
— Предательство, самое гнусное из преступлений. При нем люди улыбаются тебе в лицо, а сами готовят убийство. Для нас эти люди — подонки, а для ронюсков — герои. Это тоже странно. Но и у нас полно шпионов в их рядах.
