Дрожь ледяной морозкой пронзила тело. Женский голос срывался на крик — он звал очнуть и разглядеть мир через расшифрованные оковы слепоты. Открытые глаза видят лишь черные тени и холодную пустоту, где только мерцает огонь жизни в глубине серых стекол.
А когда все было готово, я достала противень.
— Посидите пока на лавочке. Я буду печь блины — а вы заворачивать в них начинку и раскладывать по тарелкам.
— Тира с няней сейчас принесут вам грибы и ягоды. — Покосилась на кухарку и та правильно поняла свою задачу.
Противень к тому времени нагрелся. Я подцепила большой комок жира из кувшина и смазала поверхность. Затем почерпнула черпаком тесто и с молитвой разлила его ровным слоем по поверхности. Перевернуть такой пласт целиком — не получится. Здесь и мечтать не о чем.
— Налетай, пока горячие! — Раздала всем по блину, только от няниного отщипнула край на пробу. Ну что сказать — добавить бы молока, меда, яиц, муки пшеничной, да щепотку соли, было бы гораздо вкуснее. Но и мои блины расхваливали все и облизывали пальцы.
Следующие мы снова съели, а потом я сказала, что оставшиеся будем есть с гостями, и отнесем матушке. Сестры согласились с неохотой, но возражать не стали. Тесто для блинов мы замешивали еще раз, потому как горки блинов всем показалось мало.
Готовые блинчатые пирожки чуть подрумянили на том же противне и выложили горкой по тарелкам. Отдельно с грибами и с ягодами.
— Где мы обычно принимаем гостей? Там все готово? — Не в кухню же их приглашать?
Няня с кухаркой переглянулись и наперегонки бросились прочь.
— Герд! Дойди, пожалуйста, до леса, наломай веток пушистых.
Стол казался мне пустоватым. Сюда бы сметану да мед, но вместо этого положили на отдельные тарелки грибов и ягод. Вот сейчас хорошо! Богато смотрится и цвета радуют.
А букеты от няни действительно стали украшением стола. И я наконец-то рассмотрела листочки.
