Дрожь ледяной морозкой пронзила тело. Женский голос срывался на крик — он звал очнуть и разглядеть мир через расшифрованные оковы слепоты. Открытые глаза видят лишь черные тени и холодную пустоту, где только мерцает огонь жизни в глубине серых стекол.
Нет, барона понять можно, а я? Почему не попросила время на размышления? Погулять вместе, получше узнать его? И тут же находила ответ — потому что завтра может перевернуться наш мир и… ничего уже не будет прежним. Поэтому я страстно хочу насладиться тем временем, что нам отпущено Всевышним. Глупо? По мне, совершенно естественно.
Через некоторое время почувствовала запах костров, и вскоре из-за деревьев показалась небольшая поляна. Подойдя ближе узнала столы и лавки, что ранее находились на лугу и чаны, навешанные над кострами.
— Господин барон! Заждались вас! — тот же повар, что давече нас кормил, радушно улыбаясь, и пригласил за столик, споро смахнув крошки, оставшиеся от предыдущих едоков.
Есть мне совершенно не хотелось, но надо в ряде случаев есть через силу, для поддержания здоровья. Вот сейчас представился именно такой случай. И я без аппетита засовывала ложку каши в рот.
А вот мой жених оказался полной противоположностью мне. Он с аппетитом ел, хрустел луком, что подали на отдельной тарелочке. И не сводил глаз с меня. Я чувствовала этот взгляд на своих щеках, наливалась румянцем, сердце предательски стучало, в горле время от времени возникал ком. Ох, как можно есть в такой момент?
Глава 37
Каша вопреки моему правилу осталась недоеденной и, допив взвар, жених потянул меня обратно. В этот раз он болтал не переставая. Рассказывал как они осваивались здесь, как переносили кухню и вкапывали кроны срубленных деревьев в землю, на лугу, создавая видимость пролеска.
У меня же мысли путались в голове. Вернее, мысли были только об одном — о своем счастье. Украдкой глядя на точеный профиль соседа, невольно облизывала губы. Какой он красивый! Скулы будто вырезаны из камня, чуть поднятый подбородок, прямая спина и вот такой ширины плечи! И это все мое! Вернее, скоро станет моим.
За своими мыслями и неведомыми ранее ощущениями, дошли до берега. А там, почесывая в задумчивости затылок, Лейв бродил кругами, разглядывая подготовленные детали."
"Чуть дальше мужчины очищали стволы деревьев от коры. Другие вертели в руках забракованные мной детали, изучая и внимательно присматриваясь. Проводили пальцами по выемкам и зарубкам, и подобно Лейву чесали голову время от времени.
