Кэтлин метнулась через ряды разнообразных транспортных средств, здесь были и телеги, и повозки, лёгкая двухместная карета, ландо с откидным верхом, фаэтон, крытая четырёхместная коляска для поездок летом. Девон обошёл помещение по кругу и перехватил её рядом с фамильной каретой, огромным, величественным экипажем, в который запрягалось шесть лошадей. Он олицетворял символ власти и престижа, по бокам красовался герб семьи Рэвенел – три чёрных ворона на фоне бело-золотого щита.
Внезапно остановившись, Кэтлин уставилась на Девона в полутьме.
Забрав у неё юбку и отбросив на пол, он прижал беглянку к боку кареты.
– Моя юбка! – воскликнула Кэтлин в смятении. – Ты же её испортишь.
– Ты в любом случае, не собиралась её надевать. – Он начал расстёгивать на Кэтлин жакет, не обращая внимания на беспомощный лепет.
Закрыв её рот поцелуем, он продолжал трудиться над пуговицами. Когда полы жакета распахнулись, он положил руку ей на затылок и углубил поцелуй, терзая нежный рот, а она отвечала, словно ничего не могла с собой поделать. Почувствовав, как она робко посасывает его язык, Девона пронзила волна удовольствия. Он протянул руку, в поисках ручки от дверцы кареты.
Поняв, что задумал Девон, Кэтлин ошеломлённо проговорила:
Никогда ещё он не был так возбуждён и увлечён. Распахнув дверь, Девон опустил складную ступеньку.
– Либо на виду у всех, здесь, либо… в карете, где никто не увидит.
Она моргнула и в ужасе на него уставилась. Но скрыть густой румянец предвкушения не смогла.
– Значит снаружи, – безжалостно сказал он и потянулся к поясу её брюк.
Его слова заставили Кэтлин развернуться и, с отчаянным стоном, забраться в карету.
Не мешкая, Девон последовал за ней.
Роскошный салон кареты был обшит кожей и бархатом и отделан вставками из лакированного дерева, в нём имелись отделения для хрустальных бокалов и вина, а на окнах висели шёлковые занавески с бахромой. Внутри царил мрак, но, когда зрение Девона приспособилось к темноте, он смог различить бледное сияние кожи Кэтлин.
Он медленно стянул с неё жакет, она неуверенно высвободила из него руки. Девон завёл руки за её спину, чтобы расстегнуть пуговицы на блузке и почувствовал, как Кэтлин дрожит. Поймав зубами край её уха, он нежно прикусил его и кончиком языка погладил чувствительное местечко.
– Я остановлюсь, если ты попросишь, – прошептал Девон. – Но до тех пор, мы будем играть по моим правилам. – Поморщившись, он снял пиджак.
