Автор
В Бессердечном принце Эшли Джейд создает драматическую атмосферу измождения в британском доме: слезы матери постепенно сменяются холодным презрением к миру, когда ее сын Лиам не выживет. Действие начинается четверть века спустя, но оставляет нас проклятыми вечной тоской в этом замкнутом мире....
– Ну разве что я чуть не присунул своей двоюродной сестре перед вечеринкой.
Мой отец подавился кофе. Коул приподнялся с кресла.
– Что значит ты чуть не присунул своей двоюродной сестре?
Мой отец отодвинул стул и встал.
– Извините, дети, мне надо сделать важный звонок.
Покачав головой, он вошел в дом. Впрочем, все уже давно привыкли, что он постоянно уходит, поэтому никто не удивился.
Выдохнув, Оукли провел ладонью по голове.
– Чувак, я не знал, что это была моя сестра. Я весь день курил и дрочил. Потом отключился и подумал, что Хейли пришла, чтобы, так сказать, заняться делом.
Хейли иногда была девушкой Оукли, а иногда не была. Хотя, наверное, скорее не была. И все же, как бы часто они ни расставались, она все равно возвращалась.
Хейли говорила, мол, терпеть не может всю эту драму в отношениях с моим другом, но я почти уверен, что она уже привыкла к этому.
Черт возьми, все в Академии привыкли. Они, считай, этим и знамениты.
Коул пригубил напиток.
– Хорошо, ты покурил и вырубился. Правда, все равно непонятно, как ты чуть с ней не переспал.
Оукли широко расставил руки.
– Именно так и было. – Он потянулся к миске с виноградом и начал его есть. – Она была за… пока я не снял штаны.
Я усмехнулся.
– Бедная девочка, наверное, забыла взять с собой увеличительную лупу.
– Ой, отвали, Ковингтон. Не у тебя одного есть чем похвастаться. – Он ударил себя по груди. – Поверь мне. Мой дружок уделает твоего.
Я не знаю, что меня беспокоило больше: тот факт, что он знает, какого размера у меня член, или что он пытается с таким рвением защитить свой собственный.
Он принялся жевать ветку винограда.
– Эта мелкая синеволосая сучка уже подпортила мне жизнь сегодня. Я не знаю, как буду целый год ходить с ней в Академию… Так еще и жить под одной крышей.
Выражение лица Коула совпало с моим. Это первый раз, когда Оукли упомянул свою синеволосую кузину. Я не люблю новичков. Особенно тех, от кого постоянно куча проблем.
– Ладно, выкладывай. Почему она живет с тобой?
– Это неважно, – выдал Коул. – Лучше скажи, она красотка? – Его лицо выражало радость. – Хотя, если подумать, кого это волнует? Девчонка, готовая переспать с собственным двоюродным братом, явно любит такое странное дерьмо, поэтому я в деле.
Я не удивлен. Мой брат не пропустил еще ни одной юбки в Академии. Включая учителей.
Оукли покачал головой.
– Не думаю, что она такое любит, скорее просто любит подразнить.
