В "Бессмертном" мир под непривычным светом видит человеческие связи как нечто неотъемлемое от технологий и машин. Книга открывает двери в глубины эмоций и взаимоотношений, где даже самая простая связь может стать вечной. Приглашаю вас на невероятное путешествие через сердца и мозги — от фантастики до библиотеки человеческого взаимодействия....
— Я не умею плакать, — ответила я совершенно честно, хотя, конечно же, они посчитали это за браваду.
— Райан, ты поосторожней, — попросил старпом, поняв, что отговаривать нас бесполезно.
— Знаю, Александр нам головы оторвет, в случае чего, — отмахнулся Ригз.
— При чем тут Александр? — как мне показалось, раздраженно отозвался старпом. — Ей Александр голову, в случае чего, не пришьет.
Я вскинула брови. Волнуется о моей безопасности? Это что-то новенькое.
Все же я почувствовала, что должна вставить свое веское слово, пока Ригз не передумал.
— Все будет нормально, — заверила я.
Эшли подарил мне долгий предостерегающий взгляд, но сдался и отошел подальше, чтобы не мешать. Я видела, как к нему подбежала Лора, интересуясь, что мы тут затеяли, а потом мне уже было не до того.
Я не соврала и не преувеличила, я, правда, была лучшей в рукопашной на «Овне». Я побеждала и мужчин, и женщин. Выигрывала как раз за счет гибкости, умении уворачиваться и по максимуму загонять противника. Вот только лондорцы явно отдавали физической подготовке куда больше времени и внимания, чем земляне.
Броски и движения Ригза были стремительными, но я была быстрее. Несколько раз он почти ловил меня в «захват», но я успевала в последний момент или отпрыгнуть, или откатиться.
Это было весело. Чистый адреналин. Ради такого чувства я готова была терпеть синяки по всему телу, которые непременно появятся к утру.
Сначала Ригз был предельно осторожен, но когда понял, что я все-таки кое-что умею, начал двигаться смелее и нападать жестче.
— Морган, да ты та еще штучка, — довольно прорычал он, сплевывая кровь прямо на маты, это я была неосторожна и заехала ему по губе. — Не устала?
Устала — мягко сказано. Но сдаться — никогда. И тут дело не в землянах и лондорцах, не врагах и гордыни, тут было дело в адреналине и азарте, которые заслонили собой все другие мысли и чувства.
— Не дождешься.
— Ну, тогда держись!
Ригз сделал обманный выпад, и я слишком поздно сообразила, что это ловушка.
Закончилось тем, что я вылетела с мата и впечаталась спиной в твердый пол палубы, а Ригз, для полного счастья, спикировал на меня.
От резкой боли потемнело в глазах.
Мне показалось, что хруст моих ломающихся ребер слышал весь корабль.
