Автор
В четверг утром 11 сентября Венис Олдридж уже знала исход дела. Казалось, мир вокруг нее замер в момент перед трагическим разрывом истины. Четыре недели до своей казни — это время, когда мысли жертвы начинают обращаться к суду, а каждый день выглядит как последний.
На столе стоял поднос, на нем две большие чашки с блюдцами, вазочка с чайными и кофейными пакетиками, сахаром и печеньем. Там также был небольшой чайник, но заварной отсутствовал. Значит, чай надо заваривать прямо в чашке. Печенье хоть и было в пачке, но на вкус казалось несвежим, однако она заставила себя есть, не зная, когда еще подвернется такой случай. Эш сказал: «Не спускайся к завтраку, чтобы не привлекать к себе внимания. Впрочем, все равно будет еще рано. Поедим в пути».
Октавия понимала эту потребность покинуть Лондон, уехать от сочувствующих лиц, от любопытных глаз, от нескрываемой враждебности миссис Бакли.
К шести сорока пяти Октавия уже оделась и приготовилась уходить. Помня предостережения Эша, она осторожно кралась по лестнице, словно не заплатила за номер. Но все устроилось еще вчера. Беспокоиться не о чем, никто не смотрел на нее за исключением пожилого швейцара в длинном полосатом фартуке, который, шаркая ногами, шел по вестибюлю, когда она повесила ключ на доску.
– Я уже расплатилась и уезжаю, – сказала она, но швейцар не обратил на нее внимания и прошествовал через вращающуюся дверь в бар.
Закинув рюкзак на плечо, она со шлемом в руке свернула влево от главной улицы – туда, где Эш обещал ее ждать. Но там никого не было. Ей показалось, что у нее оборвалось сердце. Обманутая надежда горечью расплылась во рту. Но тут Октавия увидела его.
Из сумеречного утреннего тумана Эш медленно ехал к ней, вызывая прежнее волнение, уверенность, что все идет хорошо, а одинокая ночь больше не повторится, и они никогда не расстанутся. Подъехав, Эш притянул ее к себе и поцеловал в щеку.
– Как все прошло в гостинице? – спросил он. – Тебе было удобно?
Удивленная звучащим в его голосе участием она ответила:
– Все было хорошо.
– Не спрашивали, куда едешь?
– Нет, с чего бы? Да я и не смогла бы ответить. Я ведь и сама не знаю.
Эш повторно запустил двигатель. Перекрывая шум, он сказал:
– Скоро узнаешь. Теперь недалеко.
Они ехали по шоссе А12 в направлении моря.
