Сын Таганцева оказался увлеченным в глубокую дружбу с Наткой, девушкой, всегда готовой реагировать на любое происшествие в быту. В кухне телевизор был их единственным спасением от неуверенных аккордов Антона Халатова, но даже там его звуки оказались непреодолимыми. Без брака — это история о том, как два характерных существа пытаются жить вместе, когда каждый видит в другом отражение своих проблем и страхи....
Они оба записаны на мою фамилию, и в свидетельствах о рождении я их отец. Как и у Мишки, который тоже вне брака родился. Ни на отношения, ни на наследственные вопросы это не влияет.
– Тьфу-тьфу, чего это ты о наследстве заговорил? Или думаешь, что, не добившись своего в суде, Коновалов с приятелями решат по-другому тебя наказать?
– Да ладно тебе, сейчас, к счастью, не девяностые. – Миронов даже засмеялся от подобного предположения. – Бизнес отобрать, в душу нагадить, нервы помотать – это они могут, а убить нет. Уголовный кодекс они все-таки чтут.
"– Будем надеяться. Но вернемся к твоей Варваре. Ты правда хочешь, чтобы я с нею поговорил?
– Да. Причем не один, а вместе с Наткой. К женщине она больше прислушается. Только ты сделай так, чтобы Натка на нее сразу танком не наехала, а то я ее знаю.
– Ну да. Натка может. Особенно если услышит про Клюшкиных, к которым у нее личное. Всю эту историю с ТСЖ она не забыла. Это же ужас, как эти два брата-акробата нам палки в колеса вставляли. Ладно, Виталий. Я, конечно, в эту затею не верю, но давай попробуем отыскать в твоей Варваре что-то человеческое.
* * *Натка аж взвилась, когда услышала, что Костя предлагает отправиться к этой самой Варваре.
– Переговоров с террористами не ведем, – гордо заявила она, когда вернувшийся со встречи с Мироновым муж поделился с ней этой идеей. – Костя, ты вообще как себе это представляешь? Эта особа объявила открытую войну членам моей семьи и фактически выставила Лену с ребенком из квартиры, а ты предлагаешь мне о чем-то с ней договариваться?
– Наташ, я предлагаю для начала просто съездить к ней и переговорить, – рассудительно сказал Таганцев.
– Так встречайся, я ж тебе не запрещаю. Ты – полицейский, тебе на роду написано общаться со всякими отбросами общества, а я-то тут при чем?
– Наташа, а вдруг тебе удастся нащупать правильный путь к ее сердцу? Ключик к нему подобрать.
– Почему не может? – осведомилась Натка сварливым голосом. – Очень даже может. Была бы она не дрянь, не сбежала бы в эту свою Америку двадцать лет назад. Мужа бросила, родителей тоже, не писала – не звонила все эти годы. Ее даже не интересовало, как будет жить оставленный ею человек, раз она не удосужилась оформить с ним развод.
