Пограничная страж вынуждена остановить этих людей, но их легендарный уровень позволяет им ускользнуть. Граф Адельманн торопится, несмотря на очевидные сроки, ибо его треплет страх предательства. Страх от того, что он может предать своего господина - чувство непрерывно усиливается, несмотря на то, как недавно оно пришло к нему....
И это… Людям о нём как расскажешь, чтобы покупали?
— Если вопрос с братчиной решим сейчас положительно, то на выходных будем пировать с Корневыми. Вот там соус все и попробуют. А насчёт того, как донести весть о нём до людей, то проведём рекламную кампанию!
— Чего⁈ — дружно спросили все присутствующие, а я себя чуть по лбу от досады не стукнул. Теперь придётся и это объяснять.
В общем, до конца боярских детей мне убедить не удалось. Но и явного негатива не было. Думаю, многие подумали, что деньги их боярин может хоть в канализацию выбрасывать.
Зато по поводу союза родов имелось лишь воодушевление. Боярские дети хотели, чтобы их люди имели возможность заработать. Да и братская поддержка от союзного рода тоже дело хорошее.
Договорились, что в субботу будем брататься тут с Корневым и его детьми боярскими. Так же дядя Саша пообещал привести жрицу Живы. Клятвы будем приносить именем этой богини. А Перун пошёл в задницу!
Расходились боярские дети слегка пьяными и довольно воодушевлёнными.
Ночью, когда все домашние уже спали, я незаметно выскользнул через задний двор, прошел напрямик две улицы и добрался до назначенного места, где меня уже ждал Юшенг с лошадьми.
С собой у меня были лишь лёгкий меч и кинжал. Пистолет брать не стал. Всё нужно сделать тихо, так что он будет лишь мешаться.
Чем ближе мы подъезжали к нужному адресу, тем меньше мне нравилась эта идея. Про Юшенга я и вовсе промолчу.
Лошадей, свой плащ и телохранителя я оставил метрах в пятистах от дома барона. В небольшой рощице, где их практически невозможно заметить. Особенно в такую погоду.
Во двор фон Бюхеля я пробрался так же, как покинул свой — через задний двор. Ловко перемахнув через невысокий забор, я присел на корточки за каким-то шикарным кустарником. И задумался.
