Пограничная страж вынуждена остановить этих людей, но их легендарный уровень позволяет им ускользнуть. Граф Адельманн торопится, несмотря на очевидные сроки, ибо его треплет страх предательства. Страх от того, что он может предать своего господина - чувство непрерывно усиливается, несмотря на то, как недавно оно пришло к нему....
Затем склонился над столом и понизил голос. — Княгиня нам проблем подкинула. Так бы у тебя двадцать один боярский сын был. Если китайцев не считать. С ними, наверное, двадцать два. А так двадцать три будет. Один боярский сын тебе в подарок от княгини достался.
— Что, настолько плох?
— Плох? Не-ет! Он и есть одна сплошная ходячая проблема! Как же я забыл-то про него? Видимо попытался себя убедить, что не расслышал тогда.
— Дядь Саш, ты меня пугаешь, — почти серьёзно произнёс я.
— Да я сам в ужасе, Марк, — тяжко вздохнул боярский сын.
— Это за что его так? И что за боярин такой?
— А ты не знаешь? Странно. Я думал, про него каждый в княжестве слышал. А за что? Так за долги! И за людей русских, что по его милости в плен угодили. Княгиня его предупреждала. Сроки ставила. А он и тут облажался. Вот и осерчала она. Сказала, что отныне он не боярин, а боярский сын. Но вот зачем она нам его подкинула, я понять не могу.
— Да что в нём такого-то? — уже всерьёз начал паниковать я.
— А в нём всё такое! Это авантюрист, каких свет не видывал. Постоянно хочет заработать легких денег, влезает в долги, и в итоге оказывается у разбитого корыта. И сын у него такой же балбес. Хоть и почти сорок лет будет скоро. В последний раз это семейство решило заняться выращиванием то ли фиников, то ли оливок. Но не где-то там, а на границе со степью. А в охрану Иванов, чтобы сэкономить, ляхов нанял.
— Ёперный бабай! — выругался я. — И что мне с ним делать-то теперь?
— Лучше всего, прибить, — на полном серьёзе заявил Сильнов. — А во главе рода Иванова младшего поставить. На него хоть как-то влиять получится.
— А так можно? — радостно встрепенулся я.
— Нельзя, — горько вздохнул дядя Саша. — Но хотелось бы.
И мы с ним на пару пригорюнились.
— Ладно, — спустя, наверно, минуту, заговорил Сильнов, — я тебя чего сюда позвал-то. Ходят слухи… Ты чего?
Это он так отреагировал на мой смешок.
— А у этих слухов имя есть? — снова хмыкнул я. — А то ты как о чём-то серьёзном начинаешь рассказывать, то сразу про слухи вспоминаешь.
— Имя есть, — тоже улыбнувшись, кивнул собеседник. — Боярский сын Васильев. Владимир Викторович. Теперь, кстати, твой боярский сын.
