Пограничная страж вынуждена остановить этих людей, но их легендарный уровень позволяет им ускользнуть. Граф Адельманн торопится, несмотря на очевидные сроки, ибо его треплет страх предательства. Страх от того, что он может предать своего господина - чувство непрерывно усиливается, несмотря на то, как недавно оно пришло к нему....
Ну и вообще попробуйте распланировать, сколько сможете изготовить нужных артефактов. В первую очередь, в домах должно быть тепло. Всё остальное вторично и может быть доработано и зимой.
— Я понял, боярин. Всё сделаю.
— Отлично, Мастер Шань! — я тоже поднялся и протянул ему руку. — И спасибо. Люди должны жить в собственных домах, а не в бараках. Кстати, совсем забыл! У нас теперь есть ещё одна деревня и куча земли. Так что места под дома пока не планируйте. Этот вопрос мы обсудим с боярскими детьми после принятия клятвы.
— Тогда я поспешу, — снова поклонился старый китаец. — Внучка, проводи меня к выходу. Ты ведь не против, боярин?"
"— Я только за. Мейли, проводи дедушку, а потом найди Ирину. Скажи, что ты новенькая горничная.
— Угу, — угукнула девушка. Бросил на меня недовольный взгляд и отвернулась.
— Гав-гав-гав! — что-то грозно сказал ей на китайском старик, и пошёл на выход.
— Я поняла, боярин, — слегка поклонилась она мне и побежала за дедом.
— Теперь поговорим с вами, товарищи Богатыри, — повернулся я к двум оставшимся китайцам.
Линь на это заявление лишь удивлённо вскинул бровь. Хе снова промолчал, продолжая олицетворять собой невозмутимость.
— Вы станете моими детьми боярскими, — продолжил я. — А это значит что? Это значит, что мои приказы в приоритете! Я уважаю Мастера Шаня. И буду прислушиваться к его мнению. Но главные теперь вы, а не он. И любое не выполнения моего распоряжения, либо же его саботаж, будет приравнено к предательству. А это смерть! И не думайте, что я бросаю слова на ветер.
Самое интересное, что я даже не блефовал. В лоб Богатыря атаковать занятие, конечно, бессмысленное. Но если подготовиться, то завалить можно любого. Надеюсь.
— Мы понимаем, боярин, — заговорил Линь. — И не подведём. Ты наш глава, а Мастер Шань теперь лишь мудрый старик. Он сам отказался от власти в нашу пользу. Если бы не это, то мы бы были до конца жизни ему верны. Теперь наша верность, как и наши жизни, твои.
— Подтверждаю! — снова кратко произнёс Хе. Но вдруг добавил: — Это богов может быть много, а господин только один.
— Хорошо сказано, — оценил я. — В таком случае на этом закончим. Ну, или начнём. Сейчас соберутся все мои боярские дети и нужно решить, где их рассадить. И чем накормить и напоить. Я ведь прав, дядь Саш? Кормить поить нужно?
— Если не хочешь никого обидеть, то обязательно, — подтвердил мои мысли Сильнов.
