Без компромиссов: Гонки по вертикали. Я, следователь… (сборник) — читать онлайн бесплатно полностью

– Может быть, вы вечером придете к нам домой? Мама накормит вас вкусным обедом. Вы ведь по-человечески уже месяц, наверное, не ели. – И добавила быстро: – А меня не будет, я сегодня вечером работаю.

Я подумал, потом не спеша сказал:

– Элга, я сегодня допоздна буду сидеть у себя. Если хотите, позвоните после работы, я вас провожу домой, поболтаем...

Я положил на рычаг трубку, достал из стола свою схему и стал раздумывать. Мне все не давало покоя – когда Бандит успел перекрасить машину? И почему в ней не было замка? Может быть, вскрывая машину Рабаева, Бандит сломал замок и поэтому выбросил его потом? Может быть.

Это все может быть. Но для того чтобы перекрасить машину, нужно иметь помещение и время. Непонятно. А может быть, тут какая-то ошибка?..

Похищенная Рабаева Волга техталон ГХ 765354 обнаружена с госномерным знаком ГХ 89-35 зпт похищенным у Пелевина тчк Сообщите зпт перекрашивал ли Рабаев низ машины белый цвет зпт вставлял ли особой конструкции замок и как был похищен его техталон тчк

– Вы все усложняете.

Самый короткий путь между двумя точками – прямая.

– Нет. Я это понял, когда отправил сегодня письмо.

Ответа я не получу. Да ладно, не будем говорить об этом.

Действительно, что тут еще говорить? Я вспомнил, как много-много лет назад мы катались с Наташей на речном трамвае. Это был последний рейс – от Парка культуры до Киевского вокзала. Кроме нас, никого не было на открытой кормовой террасе, слабо шипела внизу у борта вода, монотонно пыхтел судовой дизель, безмолвно перемаргивались на берегу огоньки.

Река дышала сырой свежестью. Наташа вздрогнула от холода, я накинул ей на плечи свой пиджак и легонько обнял. Она засмеялась:

– Мы с тобой сейчас совсем как на деревенской гулянке.

– Мне все равно, – сказал я. – Только бы тебе было тепло.

Наташа посмотрела мне в глаза, ласково провела ладонью по моим волосам, спросила тихо:

– Ты веришь, что двоим для счастья может хватить одной любви?

Я оглох от ее слов, будто она своей ласковой рукой не погладила меня, а мучительно больно ударила.

Я молчал несколько мгновений, а потом как можно бодрее сказал:

– Если очень большая любовь, то хватит на двоих, – и принужденно засмеялся: – Любовь – это штука заразительная...

И совсем не хотелось мне тогда смеяться, а хотелось заплакать, и я все сидел неподвижно на влажной от ночной росы скамейке речного трамвайчика, дожидаясь, что Наташа скажет что-нибудь еще и мой страх развеется сам собой, потому что станет сразу ясно, что ее вопрос к нам не относится.