Без очереди. Сцены советской жизни в рассказах современных писателей — читать онлайн бесплатно полностью

Услышав этот сдавленный женский крик, я узнала его прежней, до меня существовавшей памятью. Прижав портфели, мы с подругами бросились с Проточки прочь. И действительно, вскоре Гриднева куда-то исчезла, а когда появилась, на ее лице возникло какое-то новое бабье выражение. Теперь, когда ее хватали, она больше не отбивалась, а грубо хохотала в ответ. Я не хотела больше видеть эту изнанку светлого мира. Перестала ходить Проточкой, а только Калининским проспектом. Но переулок своим смрадным дыханием всегда сквозил из его пор.

Я стояла на нашем балконе, нависающем над проспектом Калинина, а внизу растянулось многотысячное шествие, оно медленно двигалось, как поток старательных муравьев с красными и черными отметинами; гремели литавры, завывали духовые, били барабаны – траурные звуки возносились под самый балкон. Человеческое море уносило в небытие лафет с гробом маршала Климента Ворошилова. Такие пышные похороны я видела воочию впервые. Но как хоронили коммунистов, мне было хорошо известно. На этом же сером каменном балконе лежала оставшаяся от прошлых жильцов кипа отсыревших журналов “Огонек” за довоенные годы, от них исходил острый запах плесени и мокрой бумаги. Рассматривая их, я давно обратила внимание на множество фотографий с похорон вождей коммунистической партии. Из журнала в журнал одно и то же – Мавзолей, гирлянды цветов, скорбные толпы с застывшими лицами. Возможно, это была тематическая подборка, а может, коммунистов и правда косил мор.

И вдруг в моей голове ясно сложился сюжет будущей поэмы, название пришло сразу – “Повесть о первом коммунисте”. Я позвонила подруге Галкиной, на следующий день мы принялись за работу. Мы уже давно делали рукописный альбом со стихами и рисунками. Занимались мы этим на уроках – раскладывали альбом на парте и украшали его новыми текстами и картинками. Мы с воодушевлением взялись за новый сюжет, нас не смущало ни то, что наша поэма была названа “повестью”, ни то, что основные события разворачивались по ту сторону жизни главного героя. Итак, умирал вождь – кто-то вроде Ленина, но не Ленин (сюжет поэмы носил отвлеченный, аллегорический характер), и по заведенной традиции самые преданные коммунисты с женами и детьми должны были умереть вместе с ним – навсегда уйти в пещеру-мавзолей. Эта идея была почерпнута нами из книг про индейцев. Там рассказывалось, как в Перу и Эквадоре вместе с вождем хоронили его свиту – приближенных, слуг и рабов. В поэме мы несколько усложнили коллизии индейской традиции. Так, некоторые жены и дети, проявляя малодушие, сопротивлялись решению партии и отказывались идти вслед за мужьями. И тогда их заковывали в кандалы и отправляли в мавзолей силой. Мы выписывали сцены в подробностях.