Сборник рассказов и эссе о советской эпохе, составленный из произведений современных авторов. Книга погружает читателя в атмосферу молодости, воссоздавая яркие сцены жизни в СССР. Авторы делятся личными воспоминаниями и наблюдениями о том времени, когда в стране была своя особая культура,...
Раздел Chitat.online для книги «Без очереди. Сцены советской жизни в рассказах современных писателей» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Сборник рассказов и эссе о советской эпохе, составленный из произведений современных авторов. Книга погружает читателя в атмосферу молодости, воссоздавая яркие сцены жизни в СССР. Авторы делятся личными воспоминаниями и наблюдениями о том времени, когда в стране была своя особая культура,...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Сборник рассказов и эссе о советской эпохе, составленный из произведений современных авторов. Книга погружает читателя в атмосферу молодости, воссоздавая яркие сцены жизни в СССР. Авторы делятся личными воспоминаниями и наблюдениями о том времени, когда в стране была своя особая культура,...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– О боже! Да что же это такое? Надо сообщить в РОНО! В детскую комнату милиции! – отдельные слова вылетали из них, как звуки хлопушки. Они были растеряны, их лица вытягивались, рты кривились, руки вздымались, словно их дергали за ниточки. Я вдруг почувствовала себя в кукольном театре. И от этого страх стал уходить.
Меня отправили за дверь. Я стояла в темном коридоре и прислушивалась к тому, что происходило в кабинете завуча. Там кричали, перебивая друг друга, только Неля Григорьевна пыталась меня защитить. “Эта девочка нездорова, – говорила она, – у нее больное воображение…” Я твердо знала, что здорова. Я и раньше была невысокого мнения о большинстве учителей, но не знала, что их всех повально скосила психическая болезнь. Что им не понравилось в нашей поэме? Почему они так разозлились? Я видела, что они чего-то испугались, но чего?
Во мраке коридора передо мной наконец возникла Неля Григорьевна, у нее в руке была стопка тетрадей.
Она склонилась и прошептала мне на ухо:
– Ты и вправду сама придумала, что коммунисты умирают вслед за своим вождем?
– Правда.
– Все-все?
– Нет, – сказала я, – только самые преданные.
Она тихо засмеялась.
– Обязательно дома расскажу. – Затем строго добавила: – Я всегда знала, что твое увлечение “Смертью пионерки” до добра не доведет. Пушкина надо больше читать, Пушкина! – И она хлопнула меня тетрадями по голове. Но я даже обрадовалась. Это внушало надежду.
– А меня не выгонят?
– Нет, вряд ли. Меня попросили показать твои сочинения. Особенно их поразило, что ты сравниваешь Обломова и Атоса, называя их своими любимыми героями, с которых хочешь брать пример. Я им объяснила, что ты немного с приветом… Они поверили и, кажется, успокоились… Попросили за тобой внимательнее смотреть. – Она повела меня по коридору.
– Ишь, диссидентка! – вдруг сказала Неля Григорьевна, вталкивая меня в класс.
– Кто? – переспросила я. Но ее уже не было. Урок закончился. Никто не мог даже представить, что я пережила за эти полчаса.
Альбома нашего мы больше не увидели. Галкина хотела пойти и признаться в своем соавторстве, но я ее остановила. Поэма исчезла. Может, она лежала в сейфе у Плафона, и он читал ее тихими вечерами. А может, ее торжественно сожгли в учительской. Восстановить по памяти нам ее не удалось.
Марина Степнова
Белый унитаз
Иногда я думаю, что случись это на несколько лет раньше или позже, все обернулось бы совсем иначе. Маленькие дети все воспринимают как должное. Подростки, наоборот, – в штыки. Но мне было десять лет – тощая, нескладная, косы до колен, в голове – каша из полупереваренных книг и невообразимых фантазий.
