В безумной радости первых лет брака, героиня забыла о подвохах судьбы. Но когда золотые горы финансового благополучия приводят к кошмарам наяву и мужа изменяет нечто из загробного мира, мир чудесно-прекрасной жизни рушится словно хрустальный тазик в фонтане. Начало счастья — конец всего лишь каплей удовольствия....
Бороться с усталостью было почти невозможно. Глаза все больше слипались, тяжелые веки не желали более подниматься.
Уже засыпая, ощутила легкое жжение на стопах и аккуратные прикосновения мужских рук.
Близнецы о чем-то тихо шептались, но слова уже не достигали измученного сознания, лишь бархатные голоса звучали как успокаивающая музыка, дающая надежду, что в этом мире меня еще ждет что-то хорошее.
Глава 4. Не стоит спорить с вожаком
Ширхат
Удержаться было безумно сложно. Возбуждение, которое я испытал впервые увидев Рину, вновь вернулось с новой силой, испытывая мою стойкость.
К тому же меня сильно беспокоила ее миниатюрность. Я успокаивал себя тем, что Анья счастливо живет со своими самцами, несмотря на разницу габаритов.
"Пока омывал полученные при побеге раны, не мог оторвать глаз от сливочной кожи Рины, от ее мягких соблазнительных форм, упругой груди, с небольшими розовыми сосками, плоского живота, в пупке которого в приглушенном свете поблескивал какой-то белый камушек.
“И зачем ей понадобилось калечить свое тело?” – фыркнул про себя, все же отмечая, что выглядит довольно привлекательно.
Стараясь не думать о том, что хотел бы сделать с Риной, занимался своим делом, замечая, как она постепенно успокаивается, а когда чуткое обоняние уловило легкий аромат женского возбуждения, я забыл, как дышать. Сердце ускорило свой ритм, а в душе разлилось счастье.
Пусть хитарис еще и не готова нас принять, но ее тело отвечало на наши прикосновения. Она желала меня и Руха… А значит был шанс добиться ее расположения.
К моменту, как мы уложили Рину и намазали лечебной мазью царапины, она стала проваливаться в сон, наконец уступая усталости.
Рухташ осторожно, дабы не потревожить покой измученной женщины, накрыл ее обнаженное тело легким покрывалом и сполз на пол, закрывая лицо руками.
– Святые луны, я думал, не выдержу! – протяжно вздохнул он.
– У нас выбора нет! – фыркнул в ответ и, быстро сменив штаны на сухие, сел на подушку.
