В этом шокирующем событии "Право на ошибку" рассказывается о бизнес-вузе Михаила Веринского, ставящем главную награду за гениальные идеи и стратегии. Но когда я отказываюсь принимать приглашение, Катя, его жена, подозревает недостатки в команде и личные качества мужа. Опасность кипит внутри这家充满戏剧性的故事。...
Похоже, «(без) Право на ошибку» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Настя только теребила в руках телефон, по которому с ней связались бы, если бы не нашли в госпитале. Но тут не найти было сложно — небольшая кофейня и комната ожидания на том же этаже, что и операционные, была наполнена переживающими, грустными, громкими, разными родственниками и близкими.
Как и мы, ждущими своего вызова.
Я рассказал о своей студенческой жизни, в которой, что было даже для меня сюрпризом, нашлось место веселым историям.
В ответ она поведала о каком-то адском походе в горы с Серениным, который они решили совершить во имя спасения брака, или что там еще, а по факту поссорились так, что никогда до этого, потеряв на переправе почти все вещи.
— Он не мог даже разжечь костер, представляешь? Очень Домашний Мальчик. А спичек всего ничего было. Так что мне пришлось демонстрировать свои дворовые умения.
Я почувствовал злобное удовлетворения от беспомощности соперника и сожаление за ее беспризорное детство. Но Настя улыбнулась и покачала головой:
— Многие ли могут похвастаться такой свободой? Мы целыми днями играли в лесу возле нашего района в казаков— разбойников, и я вспоминаю это время как лучшее в своем детстве.
Наверное, мы бы добрались и до других воспоминаний, но Настю окликнули.
Она дернулась, повалила стул и бросилась к координатору, который тут же начал что-то говорить.
Широко улыбнулась, быстро закивала и пошла в сторону выхода.
Совершенно позабыв про меня.
Винить ее в этом было не возможно. Шест для прыжка через ров никогда не станет жизненно необходимыми костылями.
Что ж, надо вставать, идти узнавать, как все прошло и в аэропорт, наверное. Настя будет сосредоточена на малышке, и ей не до меня.
Опустил голову и потер виски. Бессонные сутки, даже больше, давали о себе знать — пара часов в самолете ничуть меня не восстановили.
И вдруг, на полу перед собой, я увидел пару знакомых мокасин.
Резко поднял голову и уставился на Настю, которая смотрела как-то неуверенно и покусывала губы.
— Все прошло успешно, — сказала хрипло. — Мне разрешили пройти в реанимацию на десять минут. И… хочешь пойти со мной?
Сердце гулко стукнуло и забилось вдвойне сильней.
Я медленно поднялся, стараясь не спугнуть то, что сейчас происходило. И осторожно кивнул.
— Да.
* * *Это были странные недели.
Нет, это были Очень Странные Недели.
С меня будто содрали защитный панцирь и подставили нежную кожу, никогда не видевшую солнца, прямым лучам.
