Автор
В безысходной тьме сознания, каждый движение кажется трудней, чем предыдущее. Я пытаюсь вздохнуть, но лишь сухой песок скопливается в горле, заставляя стонать от нехватки воздуха. Безэмоциональная пустота медленно удушает мое существо, пока я проваливаюсь обратно в глубины сна без сил и размышлений....
Тогда я скептически отнеслась к ее фразе и снова замкнулась в себе.
– Значит, мама и Эффи помогли тебе выбраться из депрессии?
– Определенно. Это полностью их заслуга.
– Но ты не должна забывать, что и ты сама принимала в этом активное участие. Без твоего желания жить дальше ничего бы не вышло. Так что, Тэя, не забывай о своей собственной внутренней силе, которая в тот момент пряталась в глубине тебя. Она никогда никуда не исчезала. Она всегда была в тебе. Просто ты на время потеряла к ней дорогу.
Открываю глаза и смотрю на доктора.
– Расскажи, что было дальше, – бархатный голос будто нежными пальчиками дотрагивается до кончиков ушей и проникает внутрь, без труда выуживая из меня любую информацию.
В памяти ярко всплывает голос Нэйта. Только тот голос всегда отдавал особенной приятной хрипотцой, только тот томный тембр заставлял кровь закипать от наслаждения либо застывать под гипнотическим тоном. Становится так тепло и хочется услышать, как с его уст слетает мое имя.
– Ты сейчас думаешь о Нэйте? – прищуривает глаза Ламберт.
– Как Вы догадались?
– У тебя всегда меняется выражение лица, когда он возникает в твоей памяти. Не полностью, лишь некоторые черты лица слегка расслабляются.
Его слова заставляют снова улыбнуться, и я приподнимаюсь на кушетке.
– Ваш голос. Он напоминает голос Нэйта.
– Вот как? – отчетливо вижу, как дергается вверх уголок его губ. Всего на мгновение, но я улавливаю.
– Да.
– Думаю, это произошло, потому что ты начала доверять мне и теперь не боишься открыться полностью, – слабо киваю, находя логику в его словах. – Уверен, это положительно отразится на нашей работе, – Ламберт снова улыбается и складывает руки в замок. – Расскажи о своем первом значимом, по твоему мнению, поступке, который ты совершила после затянувшейся депрессии?
На минуту задумываюсь, разглядывая стены кабинета Ламберта и незамысловатые картины на них.
– Я всегда любила рисовать… Но никогда не относилась к своему хобби серьезно. И после этого сложного периода жизни я иначе взглянула на свое увлечение. Я захотела, чтобы оно переросло во что-то большее. И я решила реализовать давнюю мечту, которую забросила еще в юношестве, сделав выбор в пользу, тогда, по моему мнению, чего-то более существенного. Я решила, во что бы то ни стало, выучиться на архитектора.
