Влад глубоко дышит, прислонившись к холодной стене узкой подворотни. Мать его вдова бешеной яростью смотрит на него — и он знает, что она сделает все возможное, чтобы дочь ее была рядом. Этот пространственный постапокалиптический мир не нуждается в выборе — лишь жить или умереть....
Руки того и гляди готовы были соскользнуть с перегородки. Она раздвинула пальцы, чтобы создать большую точку упора.
Горячая ладонь легла на ягодицу, погладила её. Маша прикусила нижнюю губу, чтобы не застонать от нетерпения и от жажды. Ещё никогда ранее она не испытывала столь оглушающую физическую потребность чувствовать Влада в себе. Казалось, что, если он не возьмет её, не утолит жажду, терзающую её тело, она сойдет с ума. Не дополучит чего-то важное. Не укрепит связь между ней и им.
Он продолжал гладить ягодицы, вдавливая пальцы в кожу, оставляя легкие следы.
Чтобы одним плавным движением войти в неё.
Она оказалась готова.
Уже не сдерживаясь, позволила себе громко застонать, принимая его полностью. Как же она соскучилась!
— Влад…
Он вцепился в её ягодицы по-мужски крепко, сжал руками, окончательно присваивая её себе. Подался вперед, вызывая у Маши первую волну наслаждения. А потом ещё одну и ещё…
Он что-то шептал ей на ухо, грязное и порочное. Безумно возбуждающее. Прикусывал мочку.
Чтобы два часа спустя всё повторить.
ЭПИЛОГ
— Можно вопрос?
— Конечно.
— Зачем тебе казино?
Влад застегнул запонку на безукоризненно сидящей на нем черной рубашке и прищурился.
— Твоё мнение, Особенная?
— Я долго думала. Вернее, как… Скажу долго — совру. Просто иногда размышляла. У тебя есть законный бизнес, приносящий хороший доход. Понятное дело, что у предпринимателя азарт и прочее.
Влад поправил рубашку и направился к Маше. Та как раз закончила красить губы.
Муж остановился за спиной, положил руки на плечи и слегка сжал, массируя.
— Я слушаю дальше.
— Компромат. На тех, кто приходит и играет.
Руки Влада замирают на мгновение. Всего лишь на несколько секунд.
Потому мужчина склоняет голову и слегка дует на ухо девушке:
— Я ничего не слышал.
Маша довольно улыбнулась, подняла руку и накрыла ладонь мужа.
— А я ничего и не говорила, — она откинула голову назад, чтобы заглянуть в любимые глаза. — Действуем, как договаривались?
Влад дотронулся губами до чувствительного участка на шее Маши и ответил:
— Да.
Маша не смогла сдержать слегка коварной улыбки:
— Временные сроки?
— Час. Начинаем спустя тридцать минут после прихода.
— Хорошо.
— И, Особенная…, - ей так и не удалось заглянуть ему в глаза, как она не вертелась. — Будь осторожна, прошу.
— Буду.
