Влад глубоко дышит, прислонившись к холодной стене узкой подворотни. Мать его вдова бешеной яростью смотрит на него — и он знает, что она сделает все возможное, чтобы дочь ее была рядом. Этот пространственный постапокалиптический мир не нуждается в выборе — лишь жить или умереть....
Как поступила бы Маша, если бы знала итог поездки? Поехала, конечно же. Мама в специализированной хорошей клинике, где уход на должном уровне.
А она?…
Благодарности к Багровскому она не испытывала. Тут всё просто. У Влада и её мамы своя история. Любопытство терзало Машу, ей хотелось знать, каким образом мама вообще попала в окружение Багровского и что их связывало. Сама она рассказывать не желала.
Как выпутываться, Маша пока тоже не знала.
Ничего, немного выждет, а там, может, и придет что на ум. Уехать она тоже не могла.
— Более основательно мы побеседуем с тобой через несколько дней, Маша. Я улетаю из страны, вернусь к концу недели. Жить будешь в той квартире, где ночевала сегодня.
Влад говорил монотонно, словно они обсуждали не её будущее, — будущее независимого свободного человека, а заказ еды в ресторане! Черствый непробиваемый ублюдок! Маша сжала губы. Вот сейчас она должна промолчать. Не спорить с ним. Не нарываться на дискуссию.
— Возражений не имеешь? Странно. Хорошо… Дальше. Днем ты будешь находиться под присмотром Дениса. Вечером будет другой охранник, я подберу. Сразу оговорюсь — парни женаты. К изменам не склонны.
— Вы настолько в них уверены? — Маша не смогла удержаться от небольшой колкости. Её выбешивало спокойствие Багровского.
— Иначе бы они не работали со мной.
Маша не выдержала и повернула голову в сторону Влада. Он тоже смотрел на неё. Внимательно. Чересчур даже.
— Значит, ко мне приставите охрану? Но для чего? Я не представляю ни для кого никакой ценности!
— Чтобы не шалила и не гуляла без меня, где не следует.
От изумления у Маши брови поползли на лоб, глаза распахнулись.
— Вы…серьезно?
— Абсолютно. И угомони пыл, милая. Не люблю, когда девушки повышают голос и пытаются истерить. Эмоции держи при себе. Кричать и стонать будешь в постели. Со мной. Остальное — лишнее.
Раз…
Два…
Три…
Она спокойна. Она абсолютно спокойна. Ей никого не хочется прибить.
Из всего вышесказанного она должна запомнить несколько моментов, что Багровский уезжает и за ней будет установлена круглосуточная охрана. Охрана, мать её ети! Это нормально?!
— Я учту ваши пожелания, Влад.
— Отлично. И переставай мне «выкать»."
"Маша вздрогнула, когда почувствовала, что её плеча касаются мужские руки.
