В бездну бешенства — лишь убийца, оглашающий криками свою злобу. Тело поглощено невыносимой яростью мозга, а отсеченная голова не подвластна даже магическим способностям защитника. В этой тишине — лишь жестокий ад внутри бешеного сердца.
– Источник, горючих кустов тьма бескрайняя. Долго можно сидеть, костры жечь.
Мумр сразу напрягся.
– Угрожаешь? – зло прорычал звероморф. – Думаешь, раз Мать-Ночь не велит Хассам вас убивать, так и управы на тебя нет? Ошибаешься.
– Я ушёл бы, да только не знаю куда, – развёл я руки в фальшивом расстройстве.
– Не ври, – фыркнул мумр. – Уже знаешь, в какой стороне искать брод. Убирался бы ты по-хорошему.
– На словах-то всё просто, а как до дела дойдёт, заблукаю небось. Мне бы карту хотя бы.
Начну с малого, а там, может, получится раскрутить недалёкого жадину и на всё остальное.
– Карту? – хмыкнул медведь. – И где я её тебе возьму? На собственной шкуре ножом нарисую?
– Не надо. Слишком больно получится. На земле нарисуй.
– На земле? Ха! И как ты её унесёшь, земляную-то?
– Да легко, – постучал я себя пальцем по лбу. – В голове унесу.
Мумр крепко задумался.
– Хорошо, – наконец, пробурчал он, достав нож из ножен. – Всё, что взял у того идуна, за рисунок, и ты убираешься. Насовсем убираешься. И никаких костров больше.
– Два меча.
– Пошёл вон!
В этот раз он не шутит. У медведя вот-вот лопнет терпение. Я нашёл его дно. Торговаться бессмысленно.
– Всё, что взял из оружия. Его обувь тебе не нужна.
– Два меча, шесть коротких ножей, один длинный, – рыком перечислил Хардун.
Завидная осведомлённость. Спасибо, что хоть огниво не в списке. А вот про жемчужины мумр не знает и никогда не узнает.
– Договорились.
Лучше так, чем останусь ни с чем. Разозлённый мной мишка на грани. Лишь бы только у мумра имелся талант к рисованию.
Плата принята. Подозванные мумром крысюки утащили оружие гахара. Хардун прав – от второй пары мечей мне сейчас мало пользы, а таскать лишний груз – трата сил. Нож присевшего на корточки мишки начинает выводить очертания… Эта ровная линия – наверняка стена гор, отделяющих Сушь от Тверди, ну а вот вдоль неё пошли уже и островерхие горы. Вижу реку.
Слава звёздам! Рисовать он умеет.
Глава девятая
Кто чего стоит
С кормёжкой в отряде у Бона всё было отлично. Как давно я уже не ел мяса… У них тут его аж три вида: козлятина, ящерятина и змеятина. Последнее, кстати, вкуснее всего. Зайке тоже нашли корешков – тушкаты едят только то, что растёт из земли. Травоядные – мирное племя.
Перекусили в спокойствии, напились от пуза воды – благо рядом родник – и я Зайку с согласия Бона отправил следить за округой.
