В бездну бешенства — лишь убийца, оглашающий криками свою злобу. Тело поглощено невыносимой яростью мозга, а отсеченная голова не подвластна даже магическим способностям защитника. В этой тишине — лишь жестокий ад внутри бешеного сердца.
Значит, не всё так плохо. Давно уже, кстати, на Суши?
– Давненько, – не стал вдаваться в подробности Бон. – Но наш случай с друзьями особый. Мы с Хэлом, Никитой и Гурем, как всю Твердь прошли вместе, так и здесь друг за дружку горой.
– Ух ты! – удивился я. – Вас всех разом сюда с той реки что ли выбросило?
– Не, – махнул рукой Бон. – Уже здесь отыскали друг друга.
– Повезло вам.
– Ага, повезло. Так-то больше в отряде нас было, но и четверым из десятка знакомцев на Суши друг друга найти – всем удачам удача.
Тут он прав.
– Мне бы хоть одного из своих отыскать, – вздохнул я. – А вы, стало быть, из одного полиса все?
– В том числе и из полиса, – улыбнулся Бон. – Нашей дружбе уже много лет. Из Предземья мы все. Познакомились, когда на Порог вместе плыли. Вместе дальше и срок свой на службе у полиса мотали охотниками.
Тут вдвойне интересно. Что звезду на лбу собрать надо я знаю, а вот дальше… Где-то, видимо, есть выход с Суши. Вроде, следующий пояс зовётся Вода. Как туда попадает народ?
– А как с Суши уходят?
– Из храма. Там тоже звезда, говорят. На неё надо встать. Звезда вспыхнет – и нет человека. Точнее не знаю – сам я там не был.
– А, где этот храм?
– Далеко, – неопределённо махнул рукой Бон. – Тебе туда рано пока.
– Так и будет, – заявил я уверенно.
– Я тоже так думаю, – кивнул Бон с улыбкой. – Ты парень смышлёный и прыткий. Таких Бездна любит. Веди себя правильно, и назад все вернётесь людьми. Запомни, там главное: не пытаться других обскакать.
Дядька стянул с пояса флягу и, открыв её, сделал несколько шумных глотков.
– Я верю в вас, парень, – напившись, продолжил Бон. – Но про дары свои расскажи всё же. Мало ли. Невидимость у тебя и мечи, что всё режут.
