В бездну бесконечного предстепительства, где свет и тьма переплетаются в неестественному спектру, жил маленький Патар. Он верит, что все вокруг искажено, но его мысли подвластны лжи правителя. Несмотря на страшные предостережения, он шагает по опасному пути, ощущая тихую надежду между роковым шепотом....
— Убирайтесь! Иначе я смою это оскорбление кровью!
— Лишь священный мир не даёт мне прикончить тебя прямо здесь, как шакала, — закончил я свою мысль. — Ты, сидящий за стенами трус, променявший законы предков на корм своей гордости. Я Китар-смерть бросаю тебе вызов, Лютен, вождь оргаров. Откажешься — покроешь позором свой клан.
Вот и всё. Первый щелчок тетивы — и я бью. За свои три секунды успею прикончить урода и ещё нескольких его воинов, кто стоит ближе всех. С остальными уже драться бесу и Краму.
— Я сверну твою тощую шею, мальчишка!
Повинуясь жесту вождя, оргары опускают направленные на нас копья и луки.
— Хочешь драться? Я принимаю твой вызов.
Маска гнева на роже Лютена сменилась довольной улыбкой.
— Победишь меня — пережидайте нашествие в нашей долине бесплатно.
Что случится, не одолей Ло урода, я знаю и так. И даже знаю, почему эта тварь так спокойна.
— Но, если победа будет за мной…
Лютен хитро прищурился. В глазах индюка предвкушение.
— Все твои люди умрут.
Тоже мне удивил.
— Все! — зло рявкает снежник. — Даже продавать эту мелочь гнилую не стану! Но чернявая проживёт дольше всех.
Вот же мразь!
— Я услышал и принял!
Гнев опять накатил на меня, смывающей разум волной.
— Осторожнее, брат! Он продавшийся!
Вот и выбор Маскара. А ведь только свой долг он закрыл. Будет новый на нём.
— Я не от короткого ума до своих лет дожил, брат, — хохотнул Лютен, отступая к воротам. — Драться будем в долине. Мальчишка — дурак, но слова прозвучали. Приведёте их.
Вождь оргаров стремительно развернулся и, буквально запрыгнув в ворота, припустил вверх по лестнице. Через миг его уже не было видно. Реши даже кто-то из нас пустить ему в спину стрелу, не успел бы. А вот воины клана Лютена уж точно бы не промазали. На одного только меня смотрело не меньше пяти наконечников. Натянутые луки чередовались выставленными вперёд копьями. Задрав голову, я убедился, что и сверху в нас целятся.
Да и плевать! Вызов принят.
