В бездну бесконечного предстепительства, где свет и тьма переплетаются в неестественному спектру, жил маленький Патар. Он верит, что все вокруг искажено, но его мысли подвластны лжи правителя. Несмотря на страшные предостережения, он шагает по опасному пути, ощущая тихую надежду между роковым шепотом....
— Так и что теперь за дар у тебя? — наконец продолжил разговор Айк.
Фух… Простил, кажется. Раз не хочет говорить больше про Зимородовых и мою брехню, значит принял мои объяснения.
— Длинные невидимые мечи прямо из кулаков вырастают. Режут что угодно, как масло. Я пока сам не понял всего. Слишком уж дар быстро иссяк.
— Не так уж и быстро. И на муфра хватило, и Брону осталось, — кивнул на куски трупа Айк. — Знаешь что? Давай мы не будем рассказывать остальным про всё это. Доберёмся до Фата, тогда и признаешься.
Пришёл в себя. Уже шутит. Улыбнувшись, я протянул Айку руку.
— Горжусь нашей дружбой, сударь.
— Взаимно, сударь, — пожал он мою ладонь.
— И ты прав, конечно, — вернув на лицо серьёзность, кивнул я. — Нашим лучше пока не знать. Про ненаших молчу. Опасные тайны должны оставаться тайнами. А ещё, я тебя сейчас вновь удивлю.
— Ещё больше? — хохотнул Айк. — Уже не получится. Давай, колись, что там ещё у тебя в рукаве?
Ло сказал: уже можно — значит, вывалю всё. Хоть от Айка не нужно будет таиться. Всё равно же придётся выпускать беса, когда снова припрёт. Пусть уж лучше друг удивится сейчас, чем потом объясняться по новой.
— С первым даром своим разобрался.
— Да ладно?! — в который уже раз за последние минуты взлетели вверх брови Айка.
— В любой момент теперь могу в себе мастера боя будить.
Сказал и сам своих слов испугался.
— Ого! Вот это я понимаю — подспорье, — обрадовался Айк. — Нам с таким одарённым теперь никакая охрана не нужна. Можем смело обгонять обоз. И монеты заодно сбережём.
— Про обоз, — встрепенулся я. — Там у нас коняшки одни, а мы стоим лясы точим.
— Что коняшки? В повозке добра валом! Сейчас, как обкрадут дураков.
Я метнулся, подобрал с земли брошенный бесом меч, и мы с Айком понеслись назад к тракту.
Хотя… Что добро то? Что лошади те? Всё можно купить, кроме жизни. Не верится даже… Я убил одержимого. Его больше нет! Брона нет! И подумать не мог, что кого-то убив, буду настолько счастлив.
* * *Пока дожидались солдата, нашли поблизости небольшой ручеёк, и я тщательно выстирал испачканную кровью одежду.
