В бездну бесконечного предстепительства, где свет и тьма переплетаются в неестественному спектру, жил маленький Патар. Он верит, что все вокруг искажено, но его мысли подвластны лжи правителя. Несмотря на страшные предостережения, он шагает по опасному пути, ощущая тихую надежду между роковым шепотом....
Неужели, комендант форта согласен с одарённым? Неужели, это действительно всё?
— Не теряйте веру, дети мои, — положил руки нам с майором на плечи храмовник. — Да поможет вам Единый.
И лысый жрец быстрым шагом направился к правой привратной башне. Ого, какой старый! Сработавший от прикосновения дар показал, что лысому дядьке аж двести семь лет. А в отмере ещё целый десяток имеется. Видать, и правда, отец-настоятель. И чего, спрашивается, вообще приходил?
— Поднимайте чан! Будем разом всё лить!
Хорты с тараном уже в двух десятках саженей.
Кстати, чего это отче наш лысый не вниз, а наверх повернул? Там, на вершине привратной башни сейчас делать нечего. Дозорные, что там прежде сидели, спустились уже.
Оно ведь понятно — внизу кто останется… Тем точно не выжить, коли ворота падут. И Халашка мой, где-то там, по двору, шастающий со своим арбалетом, и Вейка с малыми… Кого та дверь в кухню удержит? Обычного хорта? Так любой старый, который с оружием в лапах, её мигом вынесет. Не… Не пойдёт так.
— Верёвку мне! Длинную! Быстро!
Это уже я ору.
"Опа! Вот это дела! В другой раз удивился бы, но сейчас голова другим занята. Ну, ещё один одарённый. Ну, улетает. Как птица, только без крыльев. Теперь ясно, зачем ему рюкзак на спине. Понял, что конец нам и сдёрнуть решил. Такой полезный дар, и трусливому швысту достался.
— Такая пойдёт!
Ух ты! Хороший моток. И верёвка сама хороша — тонкая прочная. И длины для задуманного хватит с запасом.
Страха нет. Есть обида.
