Черт побери! – вспылил я и хлопнул ладонью у нее над головой, но при этом продолжая вонзаться в ее тело.
Я не ожидал столкнуться с реальностью, в которой придется расстаться с ней через три-четыре дня. Мне придется вернуться в Лос-Анджелес, а она останется здесь. Да, мне не нужна ее помощь, пока жив отец. Но затем я обязательно затащу ее задницу в Калифорнию, чтобы припугнуть Джо, пока дорогая мачеха не прибрала к рукам деньги отца.
Но я не мог… Не собирался… Блядство!
Я сильнее толкнулся в ее тело и почувствовал, как ее лоно сжимается вокруг меня.
Оргазм подступал ко мне. Но и к ней тоже. Ей нравилось мучить меня. И мне не верилось, что мы когда-то приняли Эмилию за невинную миленькую южанку. Потому что за этой маской скрывалась далеко не святоша.
– Думаешь, сможешь обойтись без этого?
Я пронзал ее тело, распаляя каждый сантиметр ее плоти. Понимая, что ее кожа все еще горела из-за татуировки, я обхватил рукой ее затылок и, скользнув языком по уху, прижал лицом к своей груди, чтобы убедиться, что пульсирующая, покрытая чернилами кожа не соприкасается с твердым деревом.
Дверью, а не моим пенисом.
И с каких пор меня это волнует?
Эмилия застонала вновь, а ее бедра качнулись мне навстречу, требуя, чтобы я еще глубже вошел в нее. И я не смог отказать.
В коридоре за стеклянными стенами, расположенными по обе стороны от двери, царила тишина. И я знал почему.
Они понимали, что здесь происходило. Но меня это ничуть не волновало.
– Я прекрасно жила, пока ты не приехал сюда. – Она прикусила зубами мой подбородок и впилась ногтями в спину, царапая рубашку.
– И буду прекрасно жить, когда ты уедешь. Ты прогнал меня, Вишес. И не сможешь приказать мне вернуться только потому, что передумал.
Мы кончили одновременно, вцепившись друг в друга так, будто сейчас рухнем на пол. А после этого нам потребовалось не меньше минуты, чтобы перевести дыхание и прийти в себя. И все это время мы сжимали друг друга в объятиях. Но Эмилия не хихикала и не улыбалась, как делала это ночью, когда мы не давали друг другу покоя.
И я тоже не находил ничего радостного в этой ситуации.
Все уже начало меняться, и я не знал, что с этим делать.
– Так… – прочистив горло, первой заговорила она, – ты пойдешь со мной в «Макдоналдс»?
– Договор отменяется. Ты сказала «нет».
Я снял презерватив и бросил его рядом с мусорной корзиной, после чего заправил рубашку в брюки и поправил галстук. Повернувшись, я подошел к своему столу.
– Сходите за моим сандвичем с индейкой и клюквой, мисс ЛеБлан.
